← All posts tagged стихи

janPona

— Ах ты ж сука, ах ты ж блядь!
Ну зачем ты сжёг кровать?!
— А тебе какое дело?
Не твоя ж кровать сгорела!
И не ты в полночной мгле
Ищешь место на земле.
И не ты среди тенёт
Бытия корячишься.
Не тебя судьба ебёт.
И не ты всё прячешься.
И не ты на этом свете
Пятый угол ищешь.
И не ты в бронежилете
О победе свищешь.
Так что я тебе — не сука.
Так что я тебе — не блядь!
Поделом тебе наука.
Меньше будешь потреблять!

janPona

АНДРОГИН

🚑
Небинарная лисица,
Небинарных жрёт кролей.
Гомофобный волк боится
Гомофобных пиздюлей.
Неэтичная цыганка
Неэтично ссыт в метро.
Два токсичных киберпанка
Пьют токсичное бухло!

припев () {
Мы пойдём иным путём,
Мы пойдём иным путём,
Андрогин!
Андрогин!
}

🚵
Трансинклю́зив первоклассник
Трансинклю́зивно блюёт.
Харрасме́нтовый отказник
Харрасме́нтно водку пьёт.
Фемининный подполковник
Фемининно курит план.
Тетрагендерный крыжовник,
Тетрагендерный чулан!

🎠
Сегрегированый Миша
Сегрегировано срёт.
Камин-аутная крыша
Камин-аутно текёт.
Перепёлка страпонесса
Клюв точила о страпон.
Бисексоидная пресса,
Бисексоидный закон!

janPona

Сон 1:

Фригидный петух курам на смех карабкался через забор.
И носом клюя, зарывался в зерно откровений.
И конфабуляции зрительских масс ковырял в кулаке мухомор.
И гиперсонарной пилой завывал в рюкзаке электрический гений.

Припеваючи:

Я из лесу вышел, на полном серьёзе
Читал сковородке стихи свои в прозе
В той позе, что не описать.
Ой-ё!
И надо б бросать то, что с нами случилось.
Сна мелатонином достичь получилось,
Но прежде — сходить и поссать.
Ой-ё!

Сон 2:

Крамольный енот-клептоман в этом месяце слился.
Напрасную тяжесть ключей он с собой опрометчиво нёс.
На что ты надеялся? Долго ль в степях веселился?
А если и да, то когда же тогда же, когда будет пёс?

janPona

Мне кажется порою, что солдаты,
С далёких не пришедшие полей,
Не в землю нашу полегли когда-то,
А превратились в белых червырей.

Ползёт себе по жопе глист весёлый.
Ползёт в тумане на исходе дня.
Но, может быть, на этой жопе голой
Отыщется местечко для меня?

janPona

Сидел на вокзале с ноутом. Получил скиновским дредноутом. Процедил «ах ты ж сука бля». Прослыл агентом Кремля.

Ходил на работу, голосовал рублём. Купил себе тачку с правым рулём. Ни о чём не подозревал до поры. А над ним уже взмыли топоры.

Лежал себе в огороде, слушал «ТатаШмат». На всякий случай имел под рукой травмат. Нашли привязанным около сундука. В сундуке имелась отрезанная рука.

Красилась, как Джоли в «Прерванной жизни». Никогда и ни о чём не присягала отчизне. В полдень включила музыку, двери – на засов. Нашли на дне озера, утонула в пятнадцать часов.

А я всегда встречал хозяина с работы и блядок. На своих не лаял, до сук был не очень падок. Не особо задумывался о том, как умру. Мои ошмётки собирали с соседями по всему двору...

janPona

Я никто. Я лицо, я мудя, я рыгачка и два окуляра.
Невозможно представить меня
ни в пальто, ни сидящим в кабине пежо, ни с гитарой.

Ни на волнах морских,
Ни в вагоне метро,
Ни грузином.

Ни сидящим в кустах за безмолвной толпой магазинов.

Но сначала меня безо всяких сомнений закажут,
И по-русски, кляня на чем свет, инфернально накажут.

Я оглохну сперва, ну а после и вовсе ослепну,
А затем перестану дышать, контрактурою мышцев окрепнув.

Вот и всё, так держать, не браните, родные. Могила
Мой тряпичный покой навсегда для земли сохранила.

И весенний закат столь томителен, просто нет мо́чи,
Развевается флаг, но червями поедены очи.

janPona

Никогда. Это русское слово.
Не найдешь ты в других языках
Подходящего слова такого.
Никогда это больше, чем ах.

С никогдою мы вместе по жизни.
В никогде лишь себя ты найдёшь.
И полно в православной отчизне
Никогдящих озимую рожь.

Никогдее уж некуда, братцы.
Никогдеет России заря!
В никогду бы нам взять — и собраться,
Обнико́гдженно посох беря.

janPona

Ненавижу красивых людей.
Все красивые люди — дебилы.
А ещё все они далеки от идей
И не любят из горлышка пиво.

Я — грузин средь армян. Средь арабов — еврей.
Мне не рада и мать, между прочим.
Ненавижу, пиздец, я красивых людей,
На которых мы изредка дрочим.

janPona

Посвящение Анархисту.

Я — никто. И пишу ни о чём.
Виновата проклятая бабка,
что гоняла меня толкачом
и хватала дедулю в охапку.

Виноваты останки напильников,
что не спиздил мой друг у меня.
Виноваты антенны мобильников
и любая другая хуйня.

Я — никто. Это было под утро.
Я тобой любовался. В кровать
я забрался к тебе на минуту
и пытался тебя целовать.

Рассвело, и по зимнему городу
Мы, как прежде, скитаться вдвоём,
Всё пропив, поспешили. И бороды
Утопили свои в водоём.

janPona

Все говорят: «Хочу войти!»
А я такой: «Куда?»
Они мне, бля: «Куда? В IT»
А я им, сука: «Мда-а-а...»

Хотеть-то все оно хотят,
Но стоит лишь дойти
До дела, норовят назад
Идти, а не в IT.

Здесь правит страшный Жабоскрипт,
Пронзая юный мозг.
И слышен вёсел жуткий скрип
И свист галерных розг.

Погонщик страшен, одноглаз
И кофе не ахти.
Не всякий сможет просто — раз!
И вдруг войти в IT.

janPona
· Edited

Я перестал быть человеколюбом.
Я перестал быть человеколюбом.
Всё потому, что я похож на бубу.
Бубубубубубубубубу!

Я перестал собою заниматься.
Я перестал собою заниматься.
Всё потому, что я хочу ебаться.
И хочу, и буду, и ебу!

Поздравьте меня!
Поправьте меня!
Заставьте меня убирать!
Три белых коня —
Вот это хуйня.
Но мне откровенно насрать!

Мечтаю я быть настоящим другом тебе.
Бе! Бе! Бе!
Мечтаю я присунуть так упруго тебе.
Бе! Бе! Бе!

Берёзку клоня,
Уносят меня,
Три белых, дебелых коня, ня, ня!
Ебите меня!
Ловите меня!
Но это всё просто хуйня.

janPona

Кусочки печени в жиру
В тридцатиградусну жару...
А ты так хочешь перемен.
Засунь же в них свой бледный член!

Пусть паразит в тебя войдёт
И твою кровь он пососёт,
Затем поселится в мозгу
И породит там мелюзгу.

А мелюзга проклюнется
И к печени просунется.
И там она тебя убьёт.
И твоя печень упадёт

Кусками чёрными, в жиру,
На землю, в страшную жару!
А тот, кто жаждет перемен,
Засунет в них свой бледный член —

И всё по кругу повторится.
И радость жизни совершится!