← All posts tagged политота

grizzly-8

...— Вы упоминали технологический оптимизм, как дела с ним обстоят в России?
Россия за последние пять лет стала страной победившего технооптимизма. У нас самый высокий уровень веры в технологии по сравнению с Европой. Например, у нас количество людей, которые считают, что научно-технический прогресс в ближайшей перспективе решит вообще все проблемы человечества на 20% выше, чем в Европе.
Это такой забавный сюжет, когда научно-техническая вера оказывается заместителем веры в человеческую природу и доверия власти. Есть прямая зависимость, которую мы можем показать на цифрах, между тем, насколько, например, люди позитивно воспринимают идею ввести робота-судью, и тем, насколько они не доверяют институтам.
...— Роботам они доверяют больше, чем людям?
— Гораздо. Вы своему смартфону доверяете больше, чем своему депутату.

grizzly-8

Крайне, просто крайне интересны цифры проголосовавших за Жириновского по субъектам РФ. Я вижу в этих цифрах две тенденции. Первая — очень четко видно, какие из населений регионов (скажем так) отождествляют себя с русскими, какие частично, а какие полностью противопоставляют. Так, при среднем по РФ около 5.7%, имеем на 3.30 Москвы:

— Чечня 0.36
— Дагестан 0.26
— КБР — 1.03
— КЧР — 2.81
— Осетия — 2.06
— Калмыкия — 2.07
— Адыгея — 3.38
— Якутия — 3.96
— Бурятия — 6.4
— Тува — 1.71
— Башкирия — 4.86
— Татарстан — 2.86
— Чувашия — 5.3
— Мордовия — 4.37
— Марий Эл — 6.83
— Удмуртия — 6.79
— Карелия — 7.82 (!!!)

Вторая тенденция — отчетливый градиент процента проголосовавших за Жириновского к северу и востоку (исключая Ленинградскую область). Пиковые значения — Коми (выше 10 процентов!), Забайкальский край, Амурская область (почти 10). Считая, что голос за Жириновского есть просто крик о безнадежно плохой ситуации, можно сделать банальный вывод о том, что чем ниже изотерма, тем человеку в среднем живется хуже.

grizzly-8

Рациональность не заключается в одном способе здравого рассуждения; напротив, рассуждение здраво лишь настолько, насколько существует много путей достичь того же результата. Я знаю, каков неизбежный итог поступления гражданскими свободами из тех или иных намерений; еще раз наступать на грабли нет необходимости. Я так же знаю цену аргументам, которые приводятся, чтобы отобрать у меня эти свободы. Наверно я не самое рациональное существо на свете, но и не дебил, и (за редчайшим исключением) меня не интересуют чужие мнения о том, что мне хорошо. Я могу разобраться в этом сам. Если я не разберусь, то никто другой за меня не сможет решить, что мне хорошо и подавно. Если я ошибусь — это будет моя ошибка, и я за нее отвечаю.

У нас демократия, и все голоса равны. Кроме меня никто не может выразить мои интересы так, как я их понимаю сам. Нет, я не буду голосовать за гипотетические интересы "бедных". Я не знаю, каковы их интересы, как они не знают, каковы мои интересы. Свои интересы я знаю и голосую, исходя исключительно из них. То же самое делают прочие. Тогда демократические выборы являются репрезентативными: они определяют общий вектор противоречивых интересов и определяют интерес большинства. По этой причине недовольные результатами выборов непрерывно агитируют меня голосовать не из моих собственных интересов, а ими самими сформулированными интересами малознакомых, малопонятных мне людей. Спасибо, но эти люди могут голосовать за свои интересы сами. Особенно занятно, когда их призывают голосовать за мои предполагаемые интересы, а меня — за их предполагаемые интересы. Не нужно за меня выражать чужие домыслы о моих интересах; мне не нужна опека. "Бедным" она нужна еще меньше: она не только насквозь плотоядна и лжива, но еще оскорбительна и унизительна.

Рациональному существу ведь очевидно, что "бедные" 100% будут ходить на выборы и усердно голосовать за благодетелей, которых с очевидностью интересует исключительно народное благо.

Однако... и это они делают не более усердно, чем все остальное.

grizzly-8

там где-то ниже словосочетание "гражданское общество" употребили. у лангобарда недавно виденное:
В России накануне Великой российской революции "было построено" и существовало гражданское общество. Настоящее, полноценное гражданское общество — с классами и социальными группами, с партиями и группами интересов, с общественными организациями и общественным мнением, а также со всеми прочими содержательными элементами, пусть и не со всеми формальными атрибутами.И в 1917 году именно гражданское общество сделало в России то, что оно сделало. И все, что было потом — после революции — делало это самое неплохо развитое гражданское общество. И самоистреблением занималось гражданское общество. И разрушило себя до состояния нуля именно оно — не власть, а гражданское общество. И только потом, на место разрушенного гражданского общества заступила власть.
Такими вот интересными оказались "приключения гражданского общества в России".

grizzly-8

Следует отметить, что ученые прорабатывают свои модели не только для коммерческого приложения, но и с целью анализа политических «инфовойн». В более ранней работе они анализировали, как на политическое противостояние двух групп — левых и правых взглядов — воздействует наличие у одной из двух групп более мощной пропагандистской машины. Их моделирование дало крайне неожиданный вывод. Оказалось, что пока поляризация левых и правых невелика, более мощный пропагандистский аппарат дает тем, кто им владеет, серьезные преимущества. Они смогут поднимать градус поляризации, вовлекая за счет этого новых сторонников в свои ряды.

Однако как только поляризация (в том числе благодаря пропаганде) поднимется выше определенного порога, такая схема победы в пропагандистской войне перестает работать. При слишком сильной разнице во взглядах правых и левых те перестанут воспринимать аргументы друг друга, считая другую сторону заведомо неадекватной, а ее аргументы — ничем не обоснованными. Таким образом, слишком интенсивная эксплуатация пропагандистский машины дает эффект, противоположный тому, который ожидают ее владельцы. И до тех пор, пока поляризация не будет снова снижена (то есть не возобновится поиск компромисса между двумя сторонами), эффективность пропаганды господствующей в медиапространстве группировки так и не вырастет заметным образом.

grizzly-8

Формальные оборонительные действия вооруженных сил страны против «поля» не могут иметь успеха, во-первых, из-за явного превосходства противника в силах и средствах, как количественного, так и качественного, и, во-вторых, вследствие эффекта фазовой доминации: вооруженные силы постиндустриального уровня организации при любых обстоятельствах выигрывают у вооруженных сил индустриального уровня организации.
Опыт локальных войн 2000 – х – начала 2010 – х годов показывает, что «поле» стремится не к ограниченной войне, имеющей своей целью достижение тех или иных локальных преимуществ, а к полному уничтожению неугодных политических режимов и физическому устранению их лидеров. Вследствие этого компромиссный мир маловероятен, а стратегия, направленная на его достижение, должна рассматриваться как обремененная неприемлемыми рисками.

При этом «поле» представляет войну как сугубо ограниченный политический конфликт, не порождающий военные, политические, экономические риски и не затрагивающий непосредственно жизнь и имущество своих граждан.
В этой ситуации страна-объект атаки должна стремиться к предельной эскалации конфликта, к его перерастанию в большую войну. Такая война для страны гибельна, но не в большей степени, нежели ограниченный конфликт с предопределенным результатом, который развивается по правилам, продиктованным противником. Возможная выгода заключается в том, что большая война несет неприемлемые риски для обеих сторон. Это может подтолкнуть «поле» к изменению жесткой позиции.

Проблема вовсе не в том, что невозможно придумать какие-то осмысленные средства борьбы с государством-гегемоном. Военное искусство с полным основанием утверждает, что выигрышная стратегия может существовать при любом соотношении сил и средств. Но победа в «войне против поля» с полной гарантией создает «мир, хуже довоенного». То есть для данного типа войны риски победы и поражения одинаковы.

grizzly-8

Одна из самых известных схем рейдерских захватов построена на использовании миноритарных акционеров. Разумеется, рейдерский захват одного предприятия – это полузаконная-полубандитская акция, характерная для третьего мира. Адепты геоэкономических войн предпочитают захватывать целые страны. При этом используется та же рабочая схема (как говорят физики, «с точностью до обозначений»).

В любом государстве – плохом ли, хорошим ли – всегда есть недовольные. Их претензии могут иметь религиозный характер, могут быть окрашены в национальные цвета или иметь социальный оттенок. Чаще всего дело сводится просто к борьбе за власть.
Количество оппозиционеров большого значения не имеет, но желательно, чтобы они проживали более или менее компактно, то есть чтобы их недовольство можно было связать с определенной территорией.
Прежде всего инспирируются активные выступления оппозиции. Желательно, чтобы они были достаточно массовыми, но в современных условиях это не имеет большого значения; существенен не сам новостной повод, а его отражение в мировых СМИ.
На своих митингах оппозиция должна выдвинуть простые, понятные, актуальные и при этом заведомо неприемлемые для властей требования. После этого перед руководством страны возникает фатальная развилка: никак не реагировать и этим продемонстрировать слабость государства или начать преследование оппозиции, показав «антинародную сущность режима». Принцип безальтернативности здесь выполняется автоматически – оба варианта приводят к одному и тому же результату.
Сначала в СМИ, затем на трибунах международных организаций начинается обсуждение положения дел с правами человека в «государстве X». Одновременно происходит переход от скрытого финансирования оппозиции к ее явной поддержке. Оппозиция начинает акции гражданского неповиновения, в стране вспыхивают беспорядки, происходят столкновения демонстрантов с полицией и армией, льется кровь. Можно блокировать все счета «государства X» в зарубежных банках. С этого момента в стране начинается финансовый и экономический кризис.

Далее, если правительство продолжает упорствовать, представители «поля» приступают к военным операциям. Прежде всего оппозиция снабжается оружием. Затем объявляется режим «закрытого неба» над территорией страны, то есть начинают сбивать военные самолеты «государства X» и уничтожать его военные аэродромы. На следующей стадии представители «поля» переходят к воздушному наступлению, а после полного уничтожения военной и гражданской инфраструктуры начинается военная операция.
Понятно, что у руководства «государства X» нет никакой возможности противопоставить «полю» что-то осмысленное. В конце концов это руководство уничтожают физически, оппозиция приходит к власти, а активы страны – авуары, природные богатства, инфраструктурные возможности, геополитический потенциал – поглощаются «полем».
Понятно, что агрессии «поля» противостоять невозможно. Но какая-то контригра должна быть организована, тем более что иной возможности у лидеров стран, подвергшихся рейдерской атаке, просто нет. Можно хотя бы стереть торжествующую усмешку с лица врага.

grizzly-8

Упражнения:
Сыграйте в напольные игры типа «война против поля». Найдите в себе силы не впасть в отчаяние после первого десятка поражений и попробовать если не выиграть, то хоть не проиграть. Отрефлектируйте ваши ощущения и результаты.

Придумайте житейские примеры бессмысленной и беспощадной «войны против поля». Начать можно с абстрактной «борьбы с системой», построения личной стратегии человека в условиях разрушающегося промышленного моногорода, и т.д.

Придумайте себе персонажа, проживающего на территории России в 1913 году. Ваш персонаж должен быть максимально конкретным: иметь город или деревню проживания, работу, карьеру, планы на жизнь... Вооружитесь учебниками истории и выясните, что, весьма вероятно, произойдет с вашим героем в следующие 30 – 50 лет, к 1943 или к 1963 году.

Придумайте себе любого персонажа, проживающего на территории России в 2013 году. Ваш персонаж должен быть максимально конкретным; иметь город или деревню проживания, работу, карьеру, планы на жизнь... Вооружитесь отчетами прогнозистов и выясните, что, весьма вероятно, произойдет с вашим героем в следующие 30 – 50 лет, к 2043 или 2063 году.

grizzly-8

Очевиден и следующий вывод из постулируемого разделения труда: отсуствие в России современной промышленности по очень многим направлениям и определяет отсуствие запроса на науку. Вот например есть у нас Росатом, и какая-никакая ядерная физика тоже есть, подпитываемая запросами на знания от большой функционирующей отрасли промышленности. Авиационная и атомная промышленность формирует островок материаловедческой науки. Наличие запроса на знания от промышленности приводит к тому, что эти отрасли науки имеют свое понимание куда двигаться и какие задачи решать, в отличии, например от молекулярной биологии, дискурс и перспективы которой формируются не в России, а в странах, где есть большая фармацевтика и биотех.

grizzly-8

Ученые по роду своей деятельности не должны "решать проблемы" — они должны искать новые знания о мире, и отвечать на вопросы тех, кто действительно "решает проблемы", а именно промышленности. Промышленность проводит научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы для решения проблем, превращая или формируя потребности людей и компаний в рентабельное предложение. При этом новые знания о мире могут открывать новые пути решения проблем, или целые новые категории проблем, потребностей и путей их решения. Знания, как мы знаем статистически — окупаются, но странно ставить профессиональным их добытчиками цели и задачи, которыми занимаются другие люди.

grizzly-8

Так вот, исходя из того, что само государство считает «своим», РИ – это одно государство, а СССР-РФ –другое, причем ему антагонистичное. И законодательство, и юридическая практика РФ исходят из того, что лица, боровшиеся против советской власти, государственного и общественного строя СССР, есть преступники и враги РФ -как если бы они боролись против самой РФ.

grizzly-8

Кстати, связь места в соц.шкале и образования родителей — это черта, которая сближает наше общество с западными развитыми, где как раз соц. капитал очень значим. То есть это то направление, в котором мир идет, а не наша беда. И те, кто у нас внизу, это сознают. На этом уровне понимание социального устройства имеется, делаются попытки, опыт неудач — и понимание, что не в личных недостатках дело, что общество устроено так, что снизу не подняться, ничто не поможет. ( На этом фоне позиции интернетных либералов и консерваторов выглядят ткими смешными... Впрочем, ничего такого автор не говорит).

grizzly-8

Прогноз автора. Нонечно, либо ресурсное государство, либо экономика знаний — по большому счету других дорог нет. Книга завершена, видимо, в 14-м году, а сейчас уже сно -дорога одна, к ресурсному государству. Что будет, автор говорит — сокращение и без того небольшого среднего класса, обнищание рабочего класса, люмпенизация примерно трети населения, углубление социального неравенства.

grizzly-8

практически все население, кроме нижних трех страт (это очень, очень бедные люди) — повысили свой статус по сравнению с семьями своих родителей. То есть при взгляде на межпоколенческий барьер все стали жить лучше, все стали выше по уровню