← All posts tagged социум

amrok

В науке, как и в случае с рынком, процесс принятия решений не сводится к консенсусу, он очень асимметричен. Если вы опровергли какую-то теорию, то она теперь неверна (я говорю о науке, так что давайте оставим в стороне дисциплины вроде экономики и политологии — они относятся скорее к индустрии развлечений).

Если бы наука управлялась консенсусом большинства, мы до сих пор жили бы в Средневековье, а Эйнштейн так и остался бы патентным клерком с бессмысленным и бесплодным хобби.

Александр Македонский якобы сказал, что «лучше иметь армию овец во главе со львом, чем армию львов, возглавляемую овцой». Александр (или реальный автор этого изречения) хорошо понимал роль активного, нетерпимого и мужественного меньшинства. Ганнибал с крошечной армией наемников терроризировал Рим полтора десятилетия, выиграв 22 сражения, каждый раз против численно превосходящих римских войск. Его вдохновляла та же мысль. В битве при Каннах он заметил Гискону, который жаловался, что римлян больше, чем карфагенян: «Но в таком огромном количестве народа нет ни одного человека, которого звали бы Гисконом».

ru.ihodl.com

amrok

Понятно, что демократия, исходя из ее определения, может терпеть наличие врагов. Вопрос в следующем: согласны ли вы лишить права на свободу слова любую партию, в программе которой прописано ограничение свободы слова? А теперь сделаем еще один шаг вперед: может ли общество, которое решило быть терпимым, быть нетерпимым к нетерпимости?

Есть легенда, что австрийский логик и математик Курт Гёдель, готовясь к экзамену по натурализации в США, обнаружил эту логическую проблему в американской конституции, и заспорил с судьей во время экзамена — спас его только присутствовавший при этом Эйнштейн.

Я уже писал о людях, которые, находясь не в ладах с логикой, спрашивали меня, «нужно ли скептически относиться к скептицизму». Я отвечал так же, как в свое время Поппер, когда его спрашивали, можно ли фальсифицировать фальсификацию.

Мы можем ответить на эти вопросы, используя правило меньшинства. Да, нетерпимое меньшинство может взять под контроль и уничтожить демократию. Как мы показали, когда-нибудь наш мир от этого погибнет.

Таким образом, мы должны быть более нетерпимы с некоторыми особенно нетерпимыми меньшинствами. Невозможно подходить к салафизму, отрицающему права других народов на собственную религию, с американскими ценностями и западными принципами. Так что сейчас Запад совершает самоубийство.

ru.ihodl.com

amrok

Я подозреваю, что язычество способствует гибкости ума, поскольку подразумевает большую неоднозначность и оставляет широкое пространство для толкований. Чисто монотеистические религии, например протестантизм, салафитский ислам или фундаменталистский атеизм порождают посредственность и буквализм.

amrok

Римские язычники изначально были терпимы к христианам, поскольку римская традиция предполагала включение богов покоренных провинций в общий пантеон. Но им было непонятно, почему эти назаряне не хотят следовать общему порядку и настаивают на исключительности своего бога. Выходит, наши боги им не годятся? Однако христиане были нетерпимы к римскому язычеству. «Гонения» на христиан были в значительной степени спровоцированы нетерпимостью самих христиан к римским богам, а история, которой нас учат, написана победившей стороной, то есть не греко-римской, а христианской цивилизацией.

amrok

Большую часть ХХ века именно таким задумывали левые первый этап экономики вне капитализма. Сила будет применяться рабочим классом — либо на избирательных участках, либо на баррикадах. Рычагом станет государство. Возможность откроют часто повторяющиеся эпизоды экономического краха.

Однако в течение последних 25 лет этот левый проект провалился. Рынок уничтожил план, индивидуализм пришёл на смену коллективизму и солидарности, невероятно разросшаяся в размерах мировая рабочая сила ещё походит на «пролетариат», но уже не мыслит и не ведёт себя как прежде.

22century.ru

amrok

«После холокоста стало ясно, что гуманистические моральные установки нельзя принимать как данность. Сеть обоюдных моральных обязательств должна оберегаться как одно из величайших достижений человечества, она уязвима и подвергается постоянной опасности.»

amrok

Большую часть ХХ века именно таким задумывали левые первый этап экономики вне капитализма. Сила будет применяться рабочим классом — либо на избирательных участках, либо на баррикадах. Рычагом станет государство. Возможность откроют часто повторяющиеся эпизоды экономического краха.

Однако в течение последних 25 лет этот левый проект провалился. Рынок уничтожил план, индивидуализм пришёл на смену коллективизму и солидарности, невероятно разросшаяся в размерах мировая рабочая сила ещё походит на «пролетариат», но уже не мыслит и не ведёт себя как прежде.

22century.ru

amrok

К примеру, Кеннет Либерман детально описал практики перехода дороги в неположенном месте. Одна из самых распространенных из них — делать вид, что ничего не замечаешь вокруг: «Быть рассеянным — это тренируемый навык, широко распространенный среди пешеходов и автомобилистов; это метод «застолбить» приоритетное право перехода улицы», — пишет Либерман.

Быть рассеянным значит:

— смотреть себе под ноги или на объект на противоположной стороне улицы

— говорить с друзьями, всячески демонстрируя увлеченность разговором

— говорить по сотовому или отправлять СМС-сообщение

— накинуть капюшон толстовки на глаза

— рыться в сумочке

— выбирать мелодию в «Айфоне»

Все эти действия, совершаемые в процессе перехода улицы, обеспечивают пешеходу своеобразный иммунитет.



postnauka.ru

amrok

— В начале истории, — проговорила Синий Доктор, — наше общество было организовано подобно вашему, и почти все решения принимались старейшими представителями вида. А потому, когда продолжительность жизни резко возросла, проще было ограничить возобновление вида, чем установить планируемую терминацию. Но прошло немного времени, и стареющее общество начало загнивать. Как может объяснить Арчи и любой хороший оптимизатор, коэффициент «окостенения» в наших колониях сделался настолько большим, что практически все новые идеи отвергались. Подобные гериатрические колонии гибли в основном потому, что не могли приспособиться к изменяющимся условиям жизни во Вселенной.

amrok

Бесит Кончита Вурст и другие персоналии, наступающие на мозоль гендерного самоопределения?

Меня может тоже бесило бы. Но почти двадцать лет назад во времена самиздата мне приходилось иметь дело и с девочками, подписывающимися как мальчики, и с мальчиками, клеящимися к мальчикам, и с мальчикодевочками или девочкомальчиками с богатым внутренним миром и множеством персоналиев внутри; и даже трансофрмерами вроде девочки-троллейбуса или химерами вроде девочки-совы. Впрочем, мальчиков-рыцарей и прочих эльфов тоже хватало.

Это обычные детские игры. Большинство из этих мальчиков и девочек выросли и играют теперь со своими детьми.

Инфанты раздувают вокруг себя истерику: они всегда так делают в вопросах самоопределения и отгораживания от мейнстрима. В моём самиздате яркие индивидуальности умудрялись разосраться даже в своих уютных микросоциумах, порождая конкурирующие между собой листки-однодневки. Человеческое мем-существо питается вниманием. Реагировать и спорить с каждыми или наоборот, признавать нетаковость — не хватило бы страниц и рубрик.

Внимание к истерии порождает истерию: все самиздаты так или иначе были вовлечены в увлекательный процесс кидания какашками друг в друга. К счастью это было с приставкой микро-: микросоциум, микроконфликты, микрорынок, диктующий свои условия, ограничивающие рост этого непотребного разнообразия.

Но представьте вместо городской газеты-самиздата начала информационной эры современный Интернет постинформационного мира. В этом нашем развесёлом двадцать первом веке самиздат-блоггинг вышел на улицы, стоимость распространения информации чрезвычайно низка. Истерия стала основой государственного строя и основным медиа-продуктом. Видовая разобщённость пришла на смену разнообразию из-за исчезнувшей способности договариваться ради чего-то общего и большего.

Поэтому каждый раз, когда будете задорно писать в своём уютном «а вот эти вот — ну тупы-ые!» вспомните, чем всегда заканчивается всё в этой жизни и подумайте, этим ли вы хотите занимать её остаток.

amrok

В доиндустриальных обществах, где разделение труда было рудиментарным, а перемены медленными, количество действительно необходимых политических и административных решений было минимальным. Груз решений невелик. Крошечная, полуобразованная, неспециализированная правящая элита могла более или менее управлять без помощи снизу, самостоятельно неся весь груз решений.
То, что мы сегодня называем демократией, рванулось вперед, только когда груз решений внезапно разбух, превысив способность старой элиты управляться с ним[*].

[*] Концепция груза решений ведет к мрачным подозрениям, что, независимо от политической борьбы, любой такой груз решений будет порожден меньшим количеством людей, способных справиться с ним, что малое количество людей всегда будет преуспевать в монополизации власти принимать решения, пока их не сокрушит взрыв решений и они просто больше не смогут сами нести груз.

amrok

Возможно, понадобятся «дипломаты» или «послы», чтобы посредничать не между странами, а между меньшинствами внутри каждой страны. Нам, может быть, придется создать квазиполитические институты, чтобы помогать меньшинствам — профессиональным, этническим, сексуальным, региональным, рекреационным или религиозным — быстрее и легче образовывать и разрывать альянсы.
Нам могут, например, понадобиться арены, где разные меньшинства, на основе ротации, а может быть, по случайному выбору, собираются вместе, чтобы обмениваться проблемами, вести переговоры о соглашениях и разрешать споры. Если бы врачи, мотоциклисты, программисты, адвентисты Седьмого дня и «Серые пантеры» собрались вместе и получили помощь посредников, обученных прояснять вопросы, расставлять приоритеты и разрешать споры, могли бы образоваться удивительные и конструктивные альянсы.

amrok

Теперь публика яростно спорила, кто же в конечном итоге несет ответственность. Однако практически никто не высказал предположения, что к такому выбору привела психология толпы, у которой все пошли на поводу.

amrok

Ронсон не обходит стороной и примеры шейминга со стороны «старых» медиа: этому посвящена история Макса Мосли, бывшего главы Международной автомобильной федерации и сына главного британского фашиста сэра Освальда Мосли, чьи БДСМ-фото были растиражированы таблоидами. Вообще практики публичного унижения «в реале» вроде порки и позорных столбов вышли из моды еще в середине XIX века, но, как показывает Ронсон, с распространением социального интернета публичное унижение возрождается как своего рода «самосуд 2.0». Этот самосуд по форме не имеет ничего общего с пугающими картинами разъяренной толпы, линчующей преступника; насилие носит символический характер и имеет своей целью уничтожение репутации и достоинства. Главным оружием выступает при этом стыд как чувство, непреодолимая сила которого выводит нарушителя за скобки общества — часто не виртуально, а вполне реально. Скажем, в случае с Жюстин Сакко это не только потеря работы, но и невозможность найти новую или вести полноценную социальную жизнь без постоянных отсылок к глупой шутке, выходившей за рамки общепринятых правил в либеральной медиасреде. Как пишет в финале своей книги Ронсон, «мы определяем границы нормальности, разрывая на части тех, кто находится вне их».

amrok

«Субстанциалистский подход к этой проблеме заключается в том, что эти люди, освобожденные от любых культурных напластований, продемонстрировали истинную природу человека: эгоцентричную и неэтичную. Они показали, насколько ненадежны все моральные установки, выработанные человечеством.»



«Расовая этика настолько успешно заместила в Третьем рейхе буржуазную христианскую систему ценностей, что у нацистов не возникало никаких моральных проблем. Они не считали свои действия предосудительными. И никто так не считал. То есть преступные деяния оправдывались не только государственными законами, но и общественной моралью. Погромы, грабежи, унижения, избиения и даже убийства — все это не вызывало мук совести, если речь шла о представителях «низших» рас. Согласно доминирующей идеологии, они не были достойны жизни вообще.»

---

Я против дегуманизации чиновников. Я за умение договариваться.
Может ли высшая мера защиты общества работать в обе стороны? Без делегирования?

amrok

«Прекрасную сообразительность Канзи продемонстрировал в известной истории, в которой коллега Сью исполнил перед группой шимпанзе хака — ритуальный танец маори. Все шимпанзе кроме Канзи восприняли танец с прыжками и похлопываниями по бедрам и груди как агрессию со стороны человека, принялись нервничать, кричать и обнажать клыки. Переждав буйство, Канзи сообщил Сью, что хотел бы увидеть танец еще раз, но в другой комнате и наедине, чтобы не расстраивать товарищей.»



Я бы хотел послушать про посадку на комету ещё раз, но в другой комнате.

amrok

Не надо фокусироваться только на одной части системы — автомобиле, надо рассматривать ее целиком: автомобиль, пешеход, дорога. Тогда и найдутся адекватные решения. С появлением беспилотников должна измениться система в целом, включая пешеходов и дорожную инфраструктуру, разве это не очевидно?

Пресловутая «моральная дилемма» — не более, чем провокация.

globalcio.ru

amrok

Это теплое чувство причастности возникает спонтанно время от времени в периоды кризисов, стресса, катастроф или массовых волнений. Например, крупные студенческие выступления 60–х годов вызвали прилив чувства общности. Антиядерные демонстрации наших дней делают то же самое. Но и эти движения, и чувства, которые они вызывают, преходящи. Общности не хватает.

amrok

"Memory is notoriously fallible, but some experts worry that a new phenomenon is emerging. “Memories are shared among groups in novel ways through sites such as Facebook and Instagram, blurring the line between individual and collective memories,” says psychologist Daniel Schacter, who studies memory at Harvard University in Cambridge, Massachusetts. “The development of Internet-based misinformation, such as recently well-publicized fake news sites, has the potential to distort individual and collective memories in disturbing ways.”"

nature.com

amrok

Но если мы хотим, чтобы все входили в категорию психологической и физической нормы, то мы согласны с тем, что лишимся самых лучших — как бы их вытесним. И на этом закончится наша цивилизация, потому что она создана как раз «сумасшедшими»…