← All posts tagged слова

Strephil
язык Твиттер слова рус Некоторые спорят, как правильно говорить: ма́ркетинг или маркéтинг. Как по мне, гармоничная версия всегда проверяется простой лексической редупликацией.
Попробуйте произнести вслух: хуяркéтинг. Звучит абсолютно слабо, другое дело мощное и емкое хуя́ркетинг. Хорошо!
Strephil
стихи слова пушкин Я только сейчас заметил, что у Пушкина кобылка превращается в коня:
Не велеть ли в санки кобылку бурую запречь
Друг милый, предадимся бегу нетерпеливого коня

И здесь трансформеры?
Strephil
стихи язык слова Пушкин-то всё правильно написал:

Волхвы не боятся могучих владык,
А княжеский дар им не нужен;
Правдив и свободен их вещий язык
И с волей небесною дружен.

Но Тургенев уехал в Париж, и всё перемешалось, могучими стали не владыки, а сам язык:
ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!
Strephil
слова грибы рус Слышал версию, что опенки, а не опята, потому что там корень — пень. Масленок — маслята, телёнок — телята, там суффикс. А у опенка — корень, поэтому и опенки.
Strephil
слова Заметил, что порой печатаю не то слово, какое хотел, а немножко созвучное ему. Двойник вместо дневник сейчас написал.
Что это? это лечится?
Strephil
слова У меня в семье давно, очень давно, есть поговорка: «как собака клёцки».
То есть, очень быстро есть.

Стало интересно, что это за поговорка, а она не гуглится. То есть, гуглится один-два случая и всё.

А ты знаешь такую поговорку?
Strephil
стихи календарь Очень люблю молитву Симеона Богоприимца «Ныне отпущаеши…», читаю её по нескольку раз в день, а вот Бродского стихи люблю не очень, а вот эти вроде бы ничего так, норм. Как раз про сегодняшний праздник:

Когда Она в церковь впервые внесла
Дитя, находились внутри из числа
людей, находившихся там постоянно,
Святой Симеон и пророчица Анна.
И старец воспринял Младенца из рук
Марии; и три человека вокруг
Младенца стояли, как зыбкая рама,
в то утро, затеряны в сумраке храма.
Тот храм обступал их, как замерший лес.
От взглядов людей и от взоров небес
вершины скрывали, сумев распластаться,
в то утро Марию, пророчицу, старца.
И только на темя случайным лучом
свет падал Младенцу; но Он ни о чем
не ведал еще и посапывал сонно,
покоясь на крепких руках Симеона.
А было поведано старцу сему,
о том, что увидит он смертную тьму
не прежде, чем Сына увидит Господня.
Свершилось. И старец промолвил:
“Сегодня, реченное некогда слово храня,
Ты с миром, Господь, отпускаешь меня,
затем что глаза мои видели это
Дитя: Он – Твое продолженье и света
источник для идолов чтящих племен,
и слава Израиля в Нем”. – Симеон
умолкнул. Их всех тишина обступила.
Лишь эхо тех слов, задевая стропила,
кружилось какое-то время спустя
над их головами, слегка шелестя
под сводами храма, как некая птица,
что в силах взлететь, но не в силах спуститься.
И странно им было. Была тишина
не менее странной, чем речь. Смущена,
Мария молчала. “Слова-то какие…”
И старец сказал, повернувшись к Марии:
“В лежащем сейчас на раменах Твоих
паденье одних, возвышенье других,
предмет пререканий и повод к раздорам.
И тем же оружьем, Мария, которым
терзаема плоть Его будет, Твоя
душа будет ранена. Рана сия
даст видеть Тебе, что сокрыто глубоко
в сердцах человеков, как некое око”.
Он кончил и двинулся к выходу. Вслед
Мария, сутулясь, и тяжестью лет
согбенная Анна безмолвно глядели.
Он шел, уменьшаясь в значеньи и в теле
для двух этих женщин под сенью колонн.
Почти подгоняем их взглядами, он
шел молча по этому храму пустому
к белевшему смутно дверному проему.
И поступь была стариковски тверда.
Лишь голос пророчицы сзади когда
раздался, он шаг придержал свой немного:
но там не его окликали, а Бога
пророчица славить уже начала.
И дверь приближалась. Одежд и чела
уж ветер коснулся, и в уши упрямо
врывался шум жизни за стенами храма.
Он шел умирать. И не в уличный гул
он, дверь отворивши руками, шагнул,
но в глухонемые владения смерти.
Он шел по пространству, лишенному тверди,
он слышал, что время утратило звук.
И образ Младенца с сияньем вокруг
пушистого темени смертной тропою
душа Симеона несла пред собою
как некий светильник, в ту черную тьму,
в которой дотоле еще никому
дорогу себе озарять не случалось.
Светильник светил, и тропа расширялась.