← All posts tagged стих

Faumi

Не моё.

Уважаемые майя! Лично я не понимаю…
Чем вы думали-гадали, составляя календарь?
Может, был слегка поддатый, тот, который ставил даты?
Может, краску экономил? (Чем вы там писали встарь?)
Затупилося зубило, или на хандру пробило?
Может быть, не оплатили мужику ударный труд?
Двадцать первое — и здрасьте! На хрена такие страсти!
Нет, такого перебора, не поймёт российский люд!
Прекратите ваши штучки! Обещали нам получку
Дать пораньше. Чтобы к сроку — двадцать первого как раз!
Наш начальник — он же дятел! У него умища хватит
На Армагеддон сослаться! Фигу он тогда отдаст!
Вроде бы очко — к удаче? А у вас — к отбою, значит?
Там же Новый год маячит — это ж надо понимать!
Россияне ждут момента выпить рюмку с президентом.
Даже будь вы трижды майи — грех традицию ломать!
Вы бы только знали, братцы, как хозяйки суетятся.
Бусы — ярче, чем на ёлке, и закуски на столе…
Тут соленья и колбаска, не застолье — просто сказка!
Сельдь под шубой и конечно, полный тазик оливье!
Рады взрослые и дети! Первая, вторая, третья —
Полетели чарки-чайки: провожаем Старый год!
Бьют кремлёвские куранты! Мужики сегодня франты.
А вот Леди прямо павы! Ну, а вы — такое вот???
Если речь пошла про даты, то логичнее, ребята,
Общий нам финал наметить на начало января…
После бурного веселья люди маются с похмелья
И, пожалуй, не заметят, откровенно говоря…
Нас концом пугают света. Мол, сбываются приметы,
В ряд построятся планеты, как солдаты, напоказ!
Что за повод для печали? Свет нам столько отключали…
Часто — вместе с отопленьем… Пронесёт и в этот раз!

Faumi

Тут @Berezovskiy поделился ссылкой на один стих, который мне очеень понравился:

Вы помните ли то, что видели мы летом?
Мой ангел, помните ли вы
Ту лошадь дохлую под ярким белым светом,
Среди рыжеющей травы?

Полуистлевшая, она, раскинув ноги,
Подобно девке площадной,
Бесстыдно, брюхом вверх лежала у дороги,
Зловонный выделяя гной.

И солнце эту гниль палило с небосвода,
Чтобы останки сжечь дотла,
Чтоб слитое в одном великая Природа
Разъединенным приняла.

И в небо щерились уже куски скелета,
Большим подобные цветам.
От смрада на лугу, в душистом зное лета,
Едва не стало дурно вам.

Спеша на пиршество, жужжащей тучей мухи
Над мерзкой грудою вились,
И черви ползали и копошились в брюхе,
Как черная густая слизь.

Все это двигалось, вздымалось и блестело,
Как будто, вдруг оживлено,
Росло и множилось чудовищное тело,
Дыханья смутного полно.

И этот мир струил таинственные звуки,
Как ветер, как бегущий вал,
Как будто сеятель, подъемля плавно руки,
Над нивой зерна развевал.

То зыбкий хаос был, лишенный форм и линий,
Как первый очерк, как пятно,
Где взор художника провидит стан богини,
Готовый лечь на полотно.

Из-за куста на нас, худая, вся в коросте,
Косила сука злой зрачок,
И выжидала миг, чтоб отхватить от кости
И лакомый сожрать кусок.

Но вспомните: и вы, заразу источая,
Вы трупом ляжете гнилым,
Вы, солнце глаз моих, звезда моя живая,
Вы, лучезарный серафим.

И вас, красавица, и вас коснется тленье,
И вы сгниете до костей,
Одетая в цветы под скорбные моленья,
Добыча гробовых гостей.

Скажите же червям, когда начнут, целуя,
Вас пожирать во тьме сырой,
Что тленной красоты — навеки сберегу я
И форму, и бессмертный строй.

Шарль Бодлер, "Падаль"
Пруф в первом комментарии.