to post messages and comments.

← All posts tagged сказка

Не совсем про Гебердура. Размещу рассказ с последней грелки, которую я так и не порвал.

Сферический Дед Мороз в вакууме.

В лаборатории царил таинственный полумрак. Дежурное освещение было выключено, и лишь настольная лампа, с зеленым абажуром, давала немного уютного, жёлтого света. Пётр Аркадьевич – плотный мужчина среднего роста, с круглым, немного лукавым лицом, поднял свою известную кружку с чаем и сделал большой глоток. Несмотря на впечатляющие размеры, кружка была знаменита по иной причине – Пётр Аркадьевич не мыл её в течение пяти лет. Злые языки поговаривали, что из-за лени, но сам Пётр Аркадьевич приводил совсем другие аргументы. Он утверждал, что если кружку не мыть, то со временем на стенках образуется слой танина, который придает божественный вкус и аромат, даже чаю в пакетиках. До сих пор эту теорию не могли подтвердить или опровергнуть, поскольку свою кружку Пётр Аркадьевич никому не давал, а терпения выращивать танины годами на стенках хватало лишь у него.
(продолжение в комментах)

Качество.

— Отчеты, отчеты, отчеты, — Гебердур с отвращением схватил кипу бумаги и, не глядя, бросил их за спину. Раздался тихий «Ой» и звук сползающего по стене тела.
Маг оглянулся – по комнате изящно, кружась, словно осенние листья, летали документы. В углу, около двери, лежал Туло – его многострадальный ученик. Похоже, стопка документов попала ему в голову.
— Очнется, — равнодушно отметил Гебердур, флегматично смахнув пару оставшихся бумажек со стола, и задумчиво уставился за окно. Там в свои права вступала осень. И золотом украсились деревья, в ожидании холодной зимы, словно в последний раз надевая свои дорогие наряды.
(продолжение в комментах)

Муки творчества
Ночь. Желтая луна с обглоданным краем. Темные силуэты облаков. Двухэтажный дом с небольшим палисадником и серые тени деревьев на каменных стенах. Кругом тишина, лишь где-то брешут собаки, да ветки с легким стуком бьются в освещенное окно.
Туло склонился над пергаментом. Сухой кончик пера противно скрипнул, оставив вмятину. Чертыхнувшись, Туло обмакнул его в чернильницу и, закусив язык, продолжил писать. Спустя несколько минут он отбросил перо в сторону и откинулся на спинку стула – дело сделано. Туло слегка улыбнулся – на новое заклинание он потратил неделю. Сначала утомительные изыскания в библиотеке, чтобы не попасть впросак, изобретая велосипед. Затем штудирование справочников для выяснения научной подосновы. И как финал – фонетическая составляющая. Заклинание должно звучать! Нет, оно должно не просто звучать, оно должно врываться в мироздание мощной, нерушимой волной!
(продолжение в комментах)

По задумке @33
Старый, больной гном, закряхтел, с трудом выпрямляясь и тут же, охнув, схватился за поясницу. Его сморщенное лицо исказилось от боли. Пошарив вокруг себя, дрожащей сухой рукой, он нащупал узловатую трость и со стоном оперся на неё, крепко ухватившись за отполированный годами набалдашник. Волшебный факел с трудом освещал серый камень старой пещеры. Сталактиты и сталагмиты темными пятнами выступали вдоль стен.
— Большая чашка кофе – вот, что может меня взбодрить, — проскрипел старый гном. Он кинул пару щепок под жаровню с песком, затем чиркнул огнивом и тут же зажмурился от ярких искр. Скоро под жаровней трепетало небольшое пламя. Пока песок прогревался, гном дошел до серванта и достал ручную мельницу. Высыпал в неё из холщового мешочка горсть коричневых, ароматных зерен и принялся их молоть. Мельница поскрипывала, перемалывая зерна базальтовыми жерновами. Вращая рукоять, гном хриплым голосом затянул песню:

О темный мрак Мензоберранзана
В пещере под горой
Живет огромный черный змей
С тяжелою судьбой
Кто черной силой овладел
И торговал душой
Найдет в объятиях его
Последний свой покой
Под сводом каменных хором
Найдешь ты верный след
Коль повернешь тотчас назад
Идя во тьме на свет
Но мы же любим камня стук
И звоны молотков
Поэтому живем внизу
Где света нет оков

Потянув носом, гном понял, что песок скоро нагреется до нужной температуры. Он достал бронзовую турку, налил в неё холодной воды. Засыпал туда молотый кофе и сахар, после чего поставил турку на разогретый песок. Кряхтя, гном уселся на небольшую табуретку рядом с жаровней.
— Проклятая спина, — произнес он вслух, — помниться, когда мы добывали алмазы, я мог тащить целый мешок отработанной поры и даже не вспотеть. Помнится, махали мы киркой целый день, не забывая укреплять своды. Порода была настолько твердая, что кирка высекала искры. Зато какие там были алмазы. Отломишь слой алмазной жилы, и вот они переливаются, в свете факелов. 
Гоном тяжело вздохнул.
— Тогда мы тоже пили кофе, — он с тоской посмотрел на свой сервант, — вечером вернешься с забоя, а Марта уже несет кружку. Помнится, она добавляла кожицу лимона, немного гвоздики, кусочек корицы и треть кружки бренди. Самое то, чтобы расслабится после трудового дня.
Гном пригляделся к турке. Кофе закипал. Мелкие пузырьки воздуха поднимались к поверхности турки, образуя пену. Он осторожно поднял турку, подождал, когда пена слегка разойдется и снова поставил турку на песок. В воздухе разносился непередаваемый аромат, теребящий воспоминания. 
— Помнится в своем первом походе, — гном снова пустился в воспоминания, — пивал я кофе с имбирём. Был у нас в отряде один любитель. Где он брал имбирь, я не знаю, но каждое утро, доставал его из кармана, тщательно мыл, чистил, натирал на маленькой терке, потом клал в равной пропорции с кофе, заливал водой и кипятил на медленном огне. Бодрило. Но я предпочитал добавить ещё виски на два пальца, — гном хрипло рассмеялся и тяжело закашлялся, чуть не опрокинув турку. 
Кофе закипел второй раз. Гном снова приподнял турку. Дым от жаровни медленно витал под сводами потолка, причудливо изгибаясь в розоватом свете волшебного факела. Ноздри гнома шевелились, от предвкушения. Но ещё было рано. Лишь в третий раз дождавшись кипения, он осторожно перелил кофе из турки в большую, черную кружку.
Аромат, божественный аромат, легкая горечь и бодрость. Гном бросил, в черный как смоль кофе, несколько крупиц соли и размешал серебряной ложечкой. Предвкушая, он сделал большой глоток. Волна необыкновенного вкуса прокатилось по его горлу, вызвав спазм. Гном выгнулся дугой, захрипел и принялся биться в припадке. Его руки в бессилье стучали о каменный пол, ноги дергались в судорогах. Наконец он замер.
— О, Ллос! За что мне эти муки? – он осторожно распрямился, расправив широкие плечи. Его острые уши нервно подрагивали, а красные глаза на абсолютно черном лице дроу светились болью, — почему я не могу проснуться как все нормальные эльфы? 
Ллос не ответила ему, лишь откуда-то издалека, раздавался мерзкий паучий смех.

Животные
— А ещё они постоянно жрут! Утром жрут, днем жрут, вечером жрут, ночью жрут. Пожрут, завалятся спать, потом проснутся и снова жрут! Пользы никакой. Конечно, они иногда бывают забавными, играть с ними весело. Они так умильно пугаются, когда резко из-за угла выскакиваешь. Ножками перебирают, друг с другом сталкиваются и разбегаются в разные стороны, — Дракон ласково улыбнулся и тут же нахмурился, — но они ж не только жрут, они ещё и гадят! Ты не представляешь, как много отходов может получиться от одной маленькой симпатяги.

(продолжение в комментах)

— За многочисленные преступления пред короной, — голос глашатого утонул в реве толпы. Народ бесновался, главная площадь была полностью забита. На эшафот поднялся подсудимый. Палач занес топор. Гебердур отвернулся и тут же раздался неприятный звук, словно сломали сухую ветку. Толпа радостно взревела.
— А вас за что? – голодранец, стоявший рядом с Туло, мерзко ухмыльнулся, оправив истерзанную одежду, — я вот покушался на честь придворной дамы, любезно пригласив уединиться в моей опочивальне.
— Политические мы, — хмуро ответил Гебердур.
Туло дунул, пытаясь убрать непослушную прядь волос, падающую на глаза, не отрывая при этом взгляда от помоста с которого убирали тело. На лбу юноши алел свежий кровоподтек.

Предыдущим вечером.
— Наверное, вы хотите узнать, зачем я вас пригласил? – король небрежно откинул горностаевую мантию и внимательно посмотрел на мага.
Гебердур лишь склонил голову в немом согласии.
— До меня дошли слухи, что на меня готовится покушение, — король нервно оглядел свою опочивальню – огромная кровать под балдахином, тяжелые красные шторы, прикрывающие большие окна и массивное трюмо из красного дерева, на полу, как и полагается, лежали ковры.
— Туло, поставь магический полог и защиту на дверь, ваше величество, пройдете, к зеркалу, мне нужно кое-что уточнить, — Гебердур тут же взял дело в свои руки.
Юноша бросился к двери и только принялся творить заклинание, как раздались громкие крики. Он припал к замочной скважине и увидел, как по коридору мечутся тени. Вдруг, с громким треском, массивная дверь сорвалась с петель и упала на Туло. Наступила тьма.

— За жестокое убийство короля прямо в его спальне маг Гебердур и его ученик Туло, приговариваются к смерти, через отсечение головы, — толпа взвыла пуще прежнего.
— Вы же сможете нас телепортировать? – спросил Туло с напускным спокойствием.
— Не паникуй, — улыбнулся маг.
Суровые стражники молча подхватили Гебердура под руки и поволокли на помост.
С заляпанного кровью помоста открывался изумительный вид на площадь – каменные здания, мощенная камнем мостовая, утопающая в грязи, множество людей, с нездоровым блеском в глазах и искаженными от крика лицами, стража сдерживая толпу, деревянные трибуны с братом короля и его новой свитой.
Маг гордо расправил плечи.
— Твое последнее желание, убийца? – громко спросил брат короля, а теперь новый король, — конечно, кроме помилования.
— Хочу посмотреться в королевское зеркало! – громко объявил Гебердур.
Над площадью повисла зловещая тишина, затем раздались легкие шепотки.
— Неожиданно, — брат короля сделал вид, что просьба его ничуть не удивила, — но кто мы такие, чтобы отказывать в последнем желании, пусть и откровенно глупом? Принесите зеркало.
Спустя полчаса стража с трудом протащила сквозь толпу огромное зеркало и установила его на помосте.
— Доволен? — с усмешкой спросил брат короля.
Яркая вспышка озарила площадь.
— Да!
Толпа заорала множеством голосов. Из зеркала, раздвинув стекло словно воду, вышел настоящий король.
— Но ты, ты же мертв! – запричитал брат.
— Глупец, ты убил мое отражение. Взять его, за измену короне!
Спустя несколько часов всё было кончено. Брат короля отправился в темницу, предатели казнены, лизоблюды разогнаны, а Гебердур с Туло и внушительным гонораром спокойно скакали к себе домой, отказавшись от званого ужина.
— А если бы они не принесли зеркало? – спросил Туло.
— Не переживай, — маг внимательно посмотрел на ученика, — у меня всегда есть пара тузов в рукаве.
— Да, — согласился юноша, — впрочем, появление из зеркала было весьма эффектным.
Вдруг Туло на минуту задумался: «А вам не кажется, что перстень раньше было на другой руке короля?»

И так, опять про Гебердура. Что-то не получается писать коротко :)

"Для себя"

— Это началось несколько дней назад, — ключник остановился, прижался к холодной, чуть влажной каменной стене и прислушался. Гебердур и Туло замерли. Где-то гулко капала вода. Ключник снова двинулся вперед, осторожно ступая на резные дубовые ступени.
— Сначала появился неясный шум, какие-то голоса, — громко шептал ключник, — затем громкие вопли, а сейчас…
Снизу раздалось дикое завывание: О-у-у-а-а-а-у-у-у.
Туло испуганно вздрогнул, а Гебердур напротив, заинтересованно прислушался.
— А-а-у-а-у-а-г-р-р-р!!! – раздалось ещё громче, да так, что это пошло гулять по нескончаемой лестнице, ведущей в винный погреб.
— Но вдруг Рагнар Рыжий как лютик поник, — неожиданно подпел Гебердур, — а у вашего незнакомца хороший слух!
Туло удивленно посмотрел на учителя – распознать в этом, полном отчаянья крике, популярную кабацкую песню было весьма сложно.
— А вы уверенны, что это песня именно про Рагнара? – с легким скепсисом заметил, юноша, — да и вообще, песня ли это?
— Туло, — удивленно вскинул бровь Гебердур, — иногда ты меня поражаешь, я распознаю эту песню среди сотни других, помнится лет эдак н-цать назад, я и парочка моих приятелей зашли в один неплохой кабачок и было там не так уж и плохо, но то не великолепно, хотя если вспомнить служанку и её выдающиеся формы…
— Пришли, — хриплый шёпот ключника прервал поток воспоминаний.
— Кхм… Так что же вас тревожит? – Гебердур вдруг вспомнил причину, по которой они сюда пришли.
— Вино пропадает, — сухо ответил ключник, отворяя дверь.
— И всё? – Туло осторожно заглянул в погреб. Гебердур молча обошел ученика и двинулся к ближайшей бочке.
— И люди, — дверь с грохотом захлопнулась.
(продолжение в комментах)

Что-то длинно получилось :)
Огненная геометрия

Туло сидел в лаборатории и выдумывал способы увеличить пробивную способность огненных шаров. Дело это было абсолютно бессмысленным, поскольку немагические предметы огненные шары разрушали весьма надежно, кроме, конечно, огнеупорных, когда как магически обезопаситься от огня было достаточно легко. Ну, по крайней мере, так утверждал Гебердур, и у Туло не было оснований ему не доверять.
— Для начала, изучим весь процесс соударения огненного шара с объектом, — иногда Туло разговаривал сам с собой, поначалу ему это казалось забавным, а потом вошло в привычку, правда на людях он этого старался не делать, — для этого мы сотворим огненный шар.
Юноша сделал пасс руками, материализуя сгусток огня. Оглядев его со всех сторон, он недовольно поморщился и создал новый. Побольше раза в два, после чего запустил шар в стену. Сверкнула ослепительная вспышка.
Туло проморгался, отпугивая солнечных зайчиков, провел рукой по щеке, стирая копоть и только после этого принялся изучать стену в месте удара.
— Мда, не всегда размер имеет значение, — сделал он неутешительный вывод.
(продолжение в комментах)

Я так и знала"
— Учитель, мне нужны деньги!
Гебердур исподлобья посмотрел на Туло и снова уткнулся в книгу.
— Учитель, я серьезно, — не унимался Туло.
— А я-то чем могу помочь? – вздохнул маг.
— Ну, — Туло слегка потупился, — я думал, вы мне их одолжите.
— Одолжите – это означает, что ты их отдашь, а как ты их отдашь, если у тебя денег нет?
Туло впал в легкий ступор от такой логики, но тут же собрался с мыслями.
— Я ж помогал вам! – не унимался он.
— Весьма признателен, — маг снова уткнулся в книгу.
— И, возможно, заслужил небольшую награду.
Гебердур вздохнул: а я тебя кормил и даже плату за койку не прошу.
Туло впал в ступор повторно, было видно, как он переосмысливает свою жизнь.
— И что же теперь делать? – голос его слегка потух.
— Ты взрослый парень, — наставительно сказал Гебердур, — почти маг. Иди и заработай!
— Но как?!
Гебердур демонстративно отвернулся и продолжил чтение.
(продолжение в комментах)

Снежинка
Гебердур делал снежинку. Аккуратно сложил лист бумаги, выровнял на месте сгиба, пригляделся и принялся быстро резать бумагу — только мелки кусочки полетели из-под ножниц. Движения были четкие, уверенные, отточенные. Через пару мгновений все было готово. Маг внимательно посмотрел на сложенный кусок бумаги и
осторожно развернул. Будь рядом зрители, мы бы услышали восхищенный вздох — результат превосходил все ожидания. Тонкие кружева сплетались в замысловатый узор, и удивленный зритель увидел бы в искусных руках мага не снежинку, а целую картину — небольшой домик в водовороте метели. Четкие контуры смешивались с игрой теней, создавая иллюзию движения, снежинка напоминала ожившую картину. Может, тут вмешалась магия? Но Гебердур был честен перед невидимыми зрителями — всё было выполнено своими руками. Маг удовлетворенно вздохнул, отложил снежинку в сторону и принялся за новую.
(продолжение в комментах)

Заклятье
— А вам не кажется, что это смахивает на мародерство? — спросил Туло, глядя как Гебердур роется в сундуках, раскидывая в стороны разные тряпки.
— Мы темного мага изничтожили? — Гебердур на секунду отвлекся.
— Изничтожили.
— А он между прочим был злой, — маг начал загибать пальцы на правой руке, — убивал невинных людей, проводил бесчеловечные опыты, короче был очень плохим. К тому же мы победили его в честной, изматывающей битве, где чуть не потеряли жизнь.
(продолжение в комментах. многобукв)

Снеговик
У Гебердура болела голова. Он плохо представлял, почему у здорового мага может болеть голова, тем более вчера Гебердур не пил. Можно было применить магию, но не зная истинной причины болезни легко ошибиться. Рисковать не хотелось.
На улице кричали дети. Гебердур поморщился и подошел к окну. Глаза неприятно резануло ярким светом отразившимся от снега. Кругом были сугробы. Дети, радостно визжа, делали снеговика.
(продолжение в комментах)

Ловушка

— Сегодня мы поговорим о ловушках, — Гебердур весело потер руки, глядя на ученика, — кстати тебе не показалось, что стул подозрительно щёлкнул когда ты на него садился?
— Что, где? — Туло тут же заглянул под стул.
— Пуф-ф-ф! — ученика окутало вонючее облаком.
— Очень, смешно, — с каменным лицом заявил ученик.
(продолжение в комментах)

— Сегодня, я раскажу вам историю, — Дракон выпустил небольшую струйку дыма и его большые, желтые глаза затянуло пеленой воспоминанй, — грустную, но поучительную историю про дракона, который Смог.
Туло весь обратился в слух.
— Он был богат, успешен и невероятно силен. О нём слагали легенды. Он был велик!
Дракон на мгновение замолчал и тут его глаза вспыхнули красным светом:
— Если бы не эти хреновы бородатые карлики и мерзкий Бег-г-гинс!

Туло задумчиво ковырял ложкой в тарелке. Овсяная каша имела неприглядный серый цвет и противно хлюпала. Есть совершенно не хотелось. Туло с тоской поглядел на полки, где раньше стояло варенье. С ним любая каша приобретала великолепные вкус, наполненный ощущениями солнечного летнего луга. Но варенье кончилось на прошлой неделе, а сходить в лавку было недосуг.
Гебердур строго посмотрел на своего ученика и произнес коронную фразу всех воспитателей:
— Ешь, а то за шиворот вывалю.
Туло хотел возмутиться, что он уже взрослый, но образ липкой теплой каши, медленно стекающей под рубаху, заставил его поморщиться. А как потом выгребать? Его передернуло.
— Что тут происходит? — Лореит впорхнула в кухню.
(продолжение в комментах)

И так, по заказам радиослушателей новое прро Гебердура.

Гений

— Учитель!
Гебердур сонно поморщился.
— Учитель!
Гебердур приоткрыл один глаз, увидел Туло и медленно закрыл глаз.
— Я вижу, что вы не спите.
— Я спал. А потом пришел ты, — маг перевернулся на бок, — а теперь, надеюсь, что ты уйдешь и я снова засну.
— Но я изобрел гениальную вещь, — Туло распирало от желания поделиться.
— Это хорошо, — Гебердур поддерживал желание ученика саморазвиваться, он даже его к этому незатейливо подталкивал, ставя в безвыходные ситуации, но сейчас эта инициатива была совершенно не к месту, — подготовь отчет в трех экземплярах и сделай опытную модель.
Туло радостно кивнул и выбежал из спальни, впрочем Гебердур этого не заметил — он спал.
(продолжение в комментах)

Реально сказка, не Гебердур.

Сырный король

В одной молочной стране жил король из сыра. Все его поданные были из простенького пармезана, а сам король был из благородного Дор Блю. И вот однажды, он посмотрел в зеркало и увидел на лице что-то зеленое. Что это спросил он у своего пажа?
— О, святая корова! — вскричал паж — это плесень!
Были созваны лучшие лекари со всего королевства. И великий Масдам и простоватый, но не менее гениальный Пошехонский, и даже утонченная Моцарела приехала из своего жестяного замка. Они долго разглядывали сырного короля, но ничего не могли поделать, только молча разводили руками. А плесень продолжала расти. Король грустнел с каждым днем. Лекари шли на отчаянные шаги, делали молочные припарки, давали пилюли с бактериями, даже предлагали заморозить короля для потомков, но он отказался. Всё было тщетно. В стране начался траур. Пускай король был не так хорош, как хотелось, но подданные любили его за мягкий характер и утонченный вкус.
На закате король выгнал всех из тронного зала и грустно уселся на трон. Плесень охватила 30% его тела. Солнце медленно катилось к горизонту, окрашивая деревья в багровые тона — это было невероятно красиво, но король готов был расплакаться.
(продолжение в комментах)

"Краткопись"
— Учитель, — Туло был рассержен, — мне не нравится наша магопочта!
— Она всем не нравится, — пожал плечами Гебердур.
— Но почему ей продолжают пользоваться? — не унимался Туло.
— Потому что другой нет.
Гебердур с улыбкой посмотрел на Туло, который в ярости бегал по лаборатории. Ещё утром маг поручил ученику отправить несколько писем и судя по всему, возникли проблемы.
— Можно же сделать проще и удобнее, — размахивал руками Туло, — в наш век развитых маготехнологий возможно практически всё!
— Традиции, стандартизация и унификация, — Гебердур важно поднял палец вверх, — вот основные столпы магопочты, в них нет места вольнодумию.
— Но система устарела? К чему эти накопители, ручная обработка, когда можно произнести сортирующее заклинание?
— А вдруг ошибка? — Гебердуру нравилось провоцировать Туло.
— А люди не ошибаются? — снова вспыхнул юноша, — да я за неделю создам систему лучше, чем вся магопочта вместе взятая!
— Дерзай, — маг уткнулся в книгу, показывая, что разговор окончен.

Надо быть добрее.
Гебердур разбирался с бумагами. Он не любил прибираться на столе и с момента последнего приступа хозяйственности их успело накопится великое множество. Счета, отчеты о работе, какие-то расчеты, записи, список покупок. Что-то он сразу выбрасывал в корзину, что-то внимательно читал и только после этого выбрасывал. И уж совсем редкие экзепляры маг раскладывал по папкам. Процесс был скучным и не интересным. Маг тихонько напевал себе под нос, разглядывая очередной отчет.
Орков — 20 экз. убитыми
Оборотней — 4 экз. убитыми, 1 экз. приведен в человеческое состояние.
Русалка — 1экз. устное предупреждение
Летающие кровососущие — 100 экз. убитыми...
— Что-то, много я наколошматил, — задумался Гебердур, — прям герой труда!
И тут он вспомнил, что в тот день ему пришла гениальная идея, в общий список убитых и нейтрализованных монстров вписывать комаров. А что? Кровососущие? Кровососущие! Летающие? Летающие! Да и монстры ещё те.
Гебердур, улыбнулся и принялся читать дальше, тихонько, напевая: надо, надо быть добре-е-е.
Мимо кабинета, тайком прошмыгнул Туло. Не то что он бездельничал, да и прегрешений особых за ним не было, но у мага всегда найдется работа для своего ученика. Пускай даже ученик по уши загружен делами, но это не повод шляться по дому.
— Туло, я всё видел! — крикнул Гебердур, заметив движение.
— Что именно? — напрягся Туло, заходя в кабинет, хоть он и вел себя хорошо в последнее, но всегда найдется что вспомнить.
— Всё! — отрезал Гебердур, — но речь сейчас не об этом. Вот скажи мне, — взгляд мага стал мечтательным, — как сделать людей добрее?
— Добрее? — не понял ученик.
— Да, добрее.
— Не знаю, — Туло быстро сдался, надеясь на то, что ему проведут короткую лекцию и он сможет быстро смыться.
— Вот иди и придумай, — маг махнул рукой в сторону двери, показывая, что разговор закончен.
Туло мгновенно исчез.
Гебердур вернулся к бумагам, тут же позабыв о своем наставлении.
(продолжение в комментах)