to post messages and comments.

← All posts tagged книги

Дочитывая Тоффлера осознал, что всё это время понимал неправильно понятие демократии, как, возможно, многие из нас.

Суть демократии не в том, чтобы государством могла управлять любая кухарка. Суть демократии в том, чтобы кухарка могла управлять на кухне без вмешательства государства. Чтобы государство не лезло в управление кухней, спальней, гардеробом.

Социологи говорят даже, что индекс счастья нации увеличивается, если носить всё, что хочешь.

Трилогия «В память о прошлом Земли», которую написал современный китайский писатель Лю Цысинь, открывается романом «Задача Трёх Тел» (《三体》с китайского «Три тела»). Она охватывает несколько столетий, а начинается история в 1967 году в Китае, во времена хунвэйбинов:

«На окраине города, на спортплощадке Университета Цинхуа в присутствии нескольких тысяч человек уже часа два шел «митинг борьбы». Это массовое мероприятие имело целью с помощью оскорблений и пыток унизить и сломить врагов революции, заставить их публично покаяться в своих преступлениях.»

И это действительно сложно читать — события имели место совсем недавно, а жестокость юных хунвэйбинов, абсурдность обвинений в адрес учёного-физика, выносимых его женой (и тоже учёным) на глазах их дочери кажутся запредельными. Но это наша история, а истории свойственно повторяться. Это событие (фактически убийство отца матерью на глазах дочери посредством малолеток-хунвэйбинок) становится причиной разрешения парадокса Ферми в наихудший для человечества сценарий. Девочка став взрослой отвечает на предостережение соседней цивилизации не повторять передачи сигналов в космос: «Приходите! Я помогу вам заполучить этот мир. Наша цивилизация больше не способна решить собственные проблемы. Нам нужна помощь извне».

Автор хорошо знаком с научной фантастикой, начиная от Жюля Верна и заканчивая уже не фантастикой, а современными достижениями науки. Не смотря на двойной перевод (с китайского на английский и на русский) текст получился живым, спасибо переводчикам, консультантам, редакторам и корректорам. Присутствие непривычных китайских имён не только не усложняет чтение, но и делает повествование реалистичным — да, в будущем мир говорит на смеси китайского и английского, а название концепций в китайском стиле («Вселенная — это “Тёмный Лес”…») очень скоро становятся привычными и наполненными глубоким смыслом.

По масштабности произведение можно сравнить с романами Вернора Винджа. Персонажи достоверны и их действия обоснованы; хоть их и довольно много во всей трилогии, в них не путаешься, им прописаны и манеры, и язык. Повествование обстоятельно и не содержит скучных или нелепых сцен. Ни один эпизод не затянут и не скомкан. Истории перемежаются и не обрываются, не повисают, а сплетаются и сходятся вместе, чтобы разойтись и сойтись через века. Все три части наполнены смыслом равномерно, каждый том читать интересно, супертехнологии не выпячиваются в ненужных деталя и не появляются внезапно из кустов как рояль.

Фантастика выглядит достоверной и оригинальной, наука — хорошо проработанной, история — связной, а человечество… выглядит глупо. После прочтения хочется воскликнуть (спойлер): „ну это надо же, столько, столько раз всё, всё продолбать!” И пожелать человечеству настоящего, космического взросления.

«Еху — Это слово составлено из двух восклицаний, выражающих отвращение: «Yah! Ugh!» Изобретенное Свифтом слово «еху» (yahoo) стало нарицательным для обозначения людей, дошедших до скотского состояния.»

Элвин Тоффлер в своей книге «Третья волна» с надеждой пишет нам из 1978 года: «В самой середине этого духовного супермаркета, с его угнетающей слезливой пошлостью и религиозными обманами, постоянно создается положительная новая культура — культура, соответствующая нашему времени и месту.» Как вы думаете, что к можно в наше время отнести к этой положительной новой культуре?

Р. Скотт Бэккер, «Нейропат». Произведение 2008 года, свежее «Ложной слепоты» на пару лет.

Это как если бы Пелевина укусил не буддист, а нейролог. Но не смешно ни разу, это триллер и детектив, где переживаешь за главного героя, чья участь, участие, да и само вообще всё наше всё подвергаются накатывающему валу семантического апокалипсиса.

Энди Вейр, «Марсианин». Это как Жюль Верн XXI века. Это современная Научная Фантастика в лучших традициях прошлого века. Это повесть о настоящем человеке на Марсе. Это рассказ об учёных всего мира (правда, это, скорее, про NASA и Китай, но не суть).

Если вы ищете, что почитать, имейте ввиду, эта книга захватит вас полностью на пару ночей, она заставит вас переживать главному герою и радоваться за всё человечество. Это книга о человечности. И это фантастика.

Спасибо всем, кто прочёл выдержки и цитаты из прекрасной книги «Диктатор».
Первый раз я прочёл её лет пятнадцать назад и она, как говориться, произвела на меня неизгладимое впечатление.
Предлагаемый профессором Савельевым подход к тому, что называть “человеческим” (способность делиться едой с другими, тормозить животные инстинкты, создавать новое; делать то, что никто до тебя не делал) раскрывает диктатора Снегова как высшего гуманиста, апофеоз человечности, гуманности и милосердия. В нарисованном Снеговым мире хочется быть диктатором Гамовым, на деле оставаясь лишь рассказчиком Семипаловым, действующим по обстоятельствам, но ни разу не сбившемся с пути, диктуемым высшим из миров ― автором.

Прочитал Prometeus (сценарий), всё равно ничего не понял. Ну, терраформеры, ну форма жизни, ну половину съели, половина друг друга поубивала. Что сказал бог в голове у одного из персонажей? Чему учит этот фильм?

David Wong, «This Book is Full of Spiders» ― это как если бы… Пелевин вместо буддизма потешился христианством, или Нил Стивенсон вместо кругов на полях… впрочем нет, не буду портить. Это лучшая книга, что я прочёл за последние лет десять.

Первая книга «John Dies at the End» и одноимённый фильм однозначно рекомендую. Можно начинать с фильма. Первую книгу читал в переводе, вторую не дожидаясь перевода.

Дочитал Пелевина и нет желания ни цитировать его, ни рекомендовать, ни перечитывать. Он правда всё понял и всё сказал.
Один вопрос: кто ж теперь будет писать реальность?

«Оружие Победы»
В годы гражданской войны Грендаль руководит действиями артиллерийских частей и подразделений Красной Армии. В должности инспектора артиллерии Южного и Юго-Западного фронтов принимает участие в разгроме Врангеля. По его инициативе на Каховском плацдарме впервые в истории артиллерии применяется специальная система артиллерийской противотанковой обороны. В приказе по войскам Юго-Западного фронта от 9 сентября 1920 года, в подготовке которого принимал непосредственное участие Грендаль, подчеркивается: "Первенствующая роль в борьбе с танками бесспорно принадлежит артиллерии, и при всяких других средствах участие артиллерии обязательно". Как известно, ни один танк и ни одна бронемашина не проникли на Каховский плацдарм благодаря созданной Грендалем системе обороны, обогатившей тактику борьбы с танками. Строки боевых приказов Грендаля зачастую становились пунктами боевых уставов артиллерии. Таковы, например, указания инспектора артиллерии Грендаля, сформулированные им 16 августа 1920 года при подготовке штурма Перекопа:
"Задачи артиллерии (каждой батареи) должны быть даны в мельчайших подробностях (избегая общих фраз — вроде "отстрелять артиллерию", "уничтожить пулеметы" и т. д.)...
Задачи батареям должны быть даны после тщательной артиллерийской разведки...
Разделение батарей на группы и соединение групп в артиллерийские участки обязательно. Необходимы особые батареи для борьбы с артиллерией противника, зенитные взводы, группы тяжелой артиллерии для действий по укреплениям противника... Необходимо иметь отдельные противотанковые орудия, располагая их в месте возможного появления бронемашин. Для терроризирования тыла использовать дальнобойные батареи...
Резервной артиллерии не должно быть, за исключением частей, выделенных для прикрытия флангов от десантов..."

За боевые заслуги в годы гражданской войны Владимир Давыдович был награжден орденом Красного Знамени — в то время редкой правительственной наградой.

«Оружие Победы»
Желая получить компетентное суждение по выработанной КБ перспективной системе вооружения танков, я побывал в Автобронетанковом управлении Красной Армии, которое тогда возглавлял комкор Д. Г. Павлов. Но прежде чем идти к начальнику АБТУ, я поговорил с его заместителем и с некоторыми работниками аппарата.
Уже тут выявилось несовпадение наших взглядов на танковое вооружение. Сотрудники аппарата АБТУ восхищались танком БТ-7, особенно его высокими ходовыми качествами. По шоссейной дороге, с восторгом говорили они, на танке БТ-7 можно обгонять даже легковые машины. Мои попытки объяснить, что танк должен обладать еще и огневой мощью, отбрасывались собеседниками как нечто второстепенное, не заслуживающее внимания. О необходимости создавать специальные танковые пушки заместитель начальника АБТУ высказался в том смысле, что если пехота еще не приняла для себя эту пушку, то она и для танка не нужна.
Того же взгляда придерживался, как выяснилось, и начальник АБТУ комкор Павлов, к которому я зашел, не найдя поддержки у его подчиненных. Встретил он меня любезно. Я изложил ему наши выводы, вытекающие из анализа танкостроения и пушечного вооружения, познакомил с таблицей перспективного вооружения средних и тяжелых танков, обратил особое внимание на то, что, по нашим заключениям, каждый тип танка необходимо вооружить пушками соответствующего калибра: калибр и мощность пушки тяжелого танка должны быть выше, чем калибр и мощность пушки среднего танка; орудия среднего танка должны быть классом выше по мощности и калибру, чем орудия легкого танка.
Павлов внимательно выслушал меня, познакомился с таблицей, а затем сказал, что калибр и мощность пушки влияют на габариты и вес танка, а следовательно, на уменьшение его скорости.
— Если требуется увеличить скорость,- заметил я,- нужно ставить на танк другой, более мощный двигатель.
— Такой двигатель не всегда есть,- возразил Павлов.- Кроме того,продолжал он,- у мощной пушки длинный ствол. А длинный ствол для танковой пушки опасен, так как при движении танка через ров или кювет ствол может зачерпнуть землю. При выстреле это может вызвать разрыв ствола.
Несколько раз Павлов подчеркнул, что главное в танке — скорость, а не огонь пушек. Главным достоинством машины считалось то, что она могла, быстро перемещаясь и используя складки местности, вырваться на вражеские позиции, не подвергая себя большой опасности.
Сидящий передо мной начальник АБТУ не допускал и мысли, что на поле боя кто-то почему-то сможет помешать ему влететь со своими конями-танками на позиции врага и там все проутюжить гусеницами. В процессе беседы я несколько раз пытался напомнить ему, что и противник имеет артиллерию и танки. К тому же танки противника находятся в более выгодных условиях, чем наступающие танковые эскадроны комкора Павлова,- они в любую минуту готовы к открытию огня и маневру. Ошибочно думать, что противник в нужный момент не использует артиллерию и танки против наступающих. Таким образом, наступающим танкам придется не только "утюжить гусеницами" убегающего противника, но и преодолевать огонь артиллерии и отражать контратаки танков противника. А здесь мало гусениц и быстроходности, нужны мощные пушки.
Долго продолжался наш разговор. Комкор Павлов твердо отстаивал свою теорию использования танков в бою. Мои доводы были для него неубедительны, а на мое утверждение, что наши танки со слабым пушечным вооружением бесперспективны, он и вовсе не отреагировал. На прощание он посоветовал еще раз подумать и оценить возможности и задачи танков.
Итак, что же такое танк? "Повозка для пушки" или "механизированная кавалерия"?
В предвоенные годы вопрос этот никому не казался сложным. Концепция комкора Павлова даже нашла отражение в очень популярном тогда "Марше танкистов": "Броня крепка, и танки наши быстры..."

«Оружие Победы»
Первый проект танка в России был разработан в 1911 году, а годом позже проект подобного же рода появился в Австро-Венгрии.
Первую русскую бронированную быстроходную боевую машину, построенную в Риге, назвали поначалу "вездеходом".
Это был легкий танк с противопульной броней, с пулеметом на вооружении. На ходовых испытаниях он показал скорость 25 километров в час и высокую проходимость. Несмотря на большие работы, проведенные в области этого раннего танкостроения, царская Россия не смогла поставить дело на промышленную основу и обеспечить русскую армию бронетанковой техникой.
Впервые танки были применены англичанами 15 сентября 1916 года в знаменитом сражении на реке Сомме. Правда, неудачно: из 32 бронемашин, двинутых в атаку, в бою участвовали только 18, остальные вышли из строя из-за технических неисправностей, а иные застряли в болоте. Вслед за Англией танк взяли на вооружение Франция и Германия. Массовое применение нового вида оружия было осуществлено англичанами в сражении у Камбре 20 ноября 1917 года: в атаку пошло 378 танков. Об эффективности танков в первой мировой войне можно, с известной приблизительностью, судить по высказыванию германского генерала фон Цвеля:
— Нас победил не гений Фоша, а генерал Танк.
*КБ *история