← All posts tagged monogatari

По многочисленным просьбам звездящихся — "Алая шапочка", ч.6
Когда Алиса очнулась, была уже ночь. Подвальное помещение в которое Алиса упало было наполнено густой тьмой и только пролом в потолке чуть более светлым пятном немного освещал внутренности цокольного этажа. Пошевелившись Алиса со стоном оперлась на свои одеревеневшие во время долгого лежания без сознания в неудобной позе руки и пошатываясь встала. Стоило ей только неуверенно встать, как она почувствовала накатывающую на нее волну тошноты, пошатнулась, оперлась руками об стену, тут же отдернув их из-за гадостно склизского ощущения на пальцах и упав на колени опорожнила содержимое желудка. Когда Алису прекратило тошнить на бетонный пол, она со вздохом облегчения откинулась спиной к каким-то, на ощупь, старым ящикам и не замечая того насколько замерзла расслабилась и перевела дух. Голова болела ужасно. Нет, голова раскалывалась. Ощупав голову сзади Алиса наткнулась на довольно толстую , не до конца высохшую корку из чего-то липкого и поскребя немного попробовала на вкус. Судя по солоноватому вкусу с приятным металлическим привкусом наполнявшему рот Алиса упала на редкость неудачно и серьезно разбила голову.
— Ну. хорошо хоть жива осталась, — пробормотала Алиса и стала осматриваться. Во первых, оказалось, что в помещении светлее ем показалось на первый взгляд и причиной тому были не только привыкшие к темноте глаза Алисы, но и склизская плесень покрывающая стены и дающая почти неуловимое свечение, разгоняющее тьму, во вторых — запах, Затхлый, могильный запах исходил от лежащего посреди помещения трупа. При ближайшем рассмотрении труп оказался останками мужчины, почти что истлевшими и начинающими вонять разве что во время дождя. Мужчина был одете в комбинезон и куртку и скорее попал сюда так же как Алиса — через диру сверху, но толи его приземление оказалось менее удачным, толи погиб он еще до прибытия. Сдерживая отвращение Алиса ногой пошевелила останки, и напрягшись попыталась перевернуть труп на спину. Останки под давлением носка Алисы издали премерзкий хруст и с еще более мерзким хлюпающим шлепком откатились в сторону. Взору Алисы предстал оскал черепа, покрытого почти истлевшей с тканью, плесень пусками прорастающая из глазниц черепа, темное, жирно блестящее пятно на том месте где труп лежал. Задержав дыхание, чтобы ненароком не вдохнуть споры от плесени или чтонибудь пострашнее Алиса наклонилась над трупом и обернув кисть платком стала обшаривать содержимое карманов трупа. В одном из карманов она нашла старомодное. если не сказать архаичное, портмоне и документы в нем. Документы, впрочем, прочитать не удалось не только из-за темноты, и из-за слоя спекшейся грязи (крови?) на них. Брезгливо поморщившись Алиса отбросила портмоне в сторону и проверила внутренний карман куртки, подозрительно звякнувший в тот момент когда Алиса переворачивала труп. В этом кармане её ждал сюрприз — маленькая продолговатая трубка с курком, что-то вроде древнего пистолета. только изящнее и меньше размерами. С любопытством рассмотрев насколько это возможно в темноте оружие, если это, конечно, оружие, Алиса подавила желание испытать его на чем нибудь прямо тут вспомнив о древних стенах и крошащемся потолке над собой. Больше ничего стоящего у трупа не было, как не было у Алисы жаления прикоснуться к нему хотя бы еще раз.
Закончив осматривать труп Алиса стала почти на ощупь изучать помещение в котором оказалась. Помещение это оказалось небольшой комнатой уставленной с одной стороны старыми, практически проржавевшими стеллажами и полуобвалившимися стопками ящиков у другой. На стеллажах не оказалось ничего маломальски интересно, только осколки каких-то сосудов, а в ящиках — мелкие металлические толи детали машин, толи заготовки упакованные в полуистлевшие промасленную бумагу и превратившуюся в пыль от старости солому. Алиса выгребла из первого попавшегося открытого ящика целую горсть холодных металлических деталек, но не разобравшись что это просто сунула в карман.

На правах перепоста. Автор @isilmine
Это вот мы обсуждали идею "садятся космонавты на планету и получают в жопу ракету" и у него получилось это, а у меян получилось что получилось (Званые гости).

Оно стояло надо мной, упершись ногой в мою грудь.
Оно появилось из темноты – лиловые тени этого мира таили множество опасностей.
Сил сопротивляться уже не было – короткая схватка, удар призрачного клинка в мой живот, и вот я уже повержен, скребу ногтями его ногу, закованную в холодный металл. Он кажется мне живым.
Скорее всего, скоро я умру.
Боли нет – маленький инжектор, встроенный в мой доспех, позаботился об этом, впрыснув стандартную долю обезболивающего препарата.
Его меч еле заметно качнулся – кажется, оно примеряется к моей шее.
Что ж, мне даже не страшно. Почти. Наверно, это все из-за обезболивающего.
Ну, по крайней мере, я не последний из нас.
Наверное….

________________________________


— Ангарат, достаточно.
Высокий, закованный в сегментированную броню воин нехотя выдернул меч из горла поверженного пришельца. Брызнули потоки крови – непривычно красной, остро пахнущей. Так же пах металл кораблей вторгшихся. И так же пахло их оружие, унесшее жизни многих, уже слишком многих из народа Ангарата.
— Плохая кровь, Ангарат, она льется, но не несет твоему мечу чести. Красная кровь, дурная кровь, позор, Ангарат…
Пристыженный воин вложил меч в заплечные ножны. Его шлем с мягким шипением отсоединился от систем доспеха, открывая ветру родной планеты лицо истинного уроженца Ангамара – матово-черная кожа, не ровня бледной шкуре отвратительных пришельцев, инфернально-красные глаза, несущие в себе ужас и кровавую ярость воинов его клана.
— Мои собратья по Кругу Крови накажут меня. А сейчас время охоты, почтенный. Я покажу тебе, что воины Черного Солнца остаются убийцами всегда — в ножнах их меч, или нет.
Ралдорон, направляющий-гнев – эти «люди», ничего не понимающие в делах войны, могли бы назвать его «скаутом», или «разведчиком» — коротко кивнул, не снимая шлема.
— Я чувствую запах еще одной твари. Пора. Охота-из-тени, Ангарат.
Молодой воин широко улыбнулся, в предвкушении сжимая когтистую перчатку доспеха.


________________________


Я бегу. Я бегу и я убегу. Эта чертова вылазка изначально была обречена на провал. Не стоило даже пытаться выходить за охраняемый периметр, не дождавшись чертова подкрепления с перевалочного пункта на Шестьдесят-три-девятнадцать. Никто не возвращался. Мертвы. Растерзаны. Обезглавлены. Но я не буду…
Только теперь стало ясно, что вот так вот опускаться на поверхность планеты и тыкать свой чертов нос, куда попало – не самая хорошая идея.
Если бы я решала…
Но я не решаю. Я бегу. Выжить важнее, только бы дойти, только бы уйти подальше от этих ужасных лиловых теней…

_______________________________________


— Ты видишь.
Ангарат и правда видел. Очередная тварь, кажется, самка их отвратительного рода, продиралась сквозь густые заросли, небрежно обрубая преграждающие путь ветви. От такого обхождения с меньшими-молчаливыми – глупый человек сказал бы «растениями» — которые были плотью от плоти родного мира, кровь воина вскипела в ярости.
— Вижу.
Пришло время выходить из тени…
Глупая неотесанная тварь даже не почувствовала его приближения. Она не подозревала ни о чем, пока мономолекулярные когти на его перчатке не пробили ее отвратительное тело насквозь. Густая бордовая кровь вперемежку с желчью полилась на доспех Ангарата. Пришелец потратила последние секунды своей жизни на то, чтобы издать слабый, жалкий стон. Резкими, отточенными движениями вспоров твари брюхо, воин выпустил ее потроха наружу, щедро полив землю Ангамара вражеской кровью.
Это было послание, понятное любому разумному существу.
«Здесь вас ждет смерть».
— ….и ничего, кроме смерти, — донеслось из-за спины воина. Ралдорон наблюдал за экзекуцией с самого начала.
— Именно так, брат. Именно так.

Званые гости ч.5
По пути домой Курт также заглянул в инженерный отсек желая узнать насколько значительны полученные повреждения, но никого не застал — обеденное время. Курт осмотрел посадочные катера, которые уже были сняты с фиксированных опор и, по всей видимости, готовились к будущей высадке.Благодаря наличию мастер-ключа Курт прошелся через складские помещения, добрался почти до самого реакторного отсека, дальше идти не стал — незачем. Есть не хотелось, так что Курт вернулся в свою каюту.
В каюте его ждал оставленный ранее бардак плюс к нему прибавилась выпавшие из стенного проема листы с распечаткой, той самой что читал Горпах. Курт собрал распечатку с пола и быстро пролистнул еще раз. На последнем листе значилось "Держите все это в тайне". Курт хмыкнул, кинул распечатку в мусорную корзину и лег спать.
Проснулся офицер Ганьяр только "вечером" — на корабле вермя было достаточно условным понятием, но тем не менее, вместе с сигналом к ужину.. В корабельной столовой Маттесон сообщил Курту последние новости
— Полетаем к планете, сказал Викинг улыбаясь во все зубы, издали планета — просто рай.
— А что со спутником? сонно зевая спросил Курт
— Со спутником? Нуу...пожгли сенсоры, конечно, Горпах рвал и метал, но ничего больше серьезно не задели, Маттесон выхватил поднос с едой из рук проходящего мимо Сахито и подмигнул Курту, правда сканер придется менять насовсем, зато есть хорошая новость — сооружения на спутнике 100% искуственные, так что будем исследовать дальше, Маттесон обильно положил себе в поднос гидрогенизированных овощей и мяса и начал накладывать Курту. Курт хотел отказаться, корабельную пищу он любил слабо, а гидрированное мясо так совсем. но Маттесон был увлечен перечислением параметров планеты и ни на что не обращал внимания, "Гравитация — как раз! Планета зеленая-зеленая издали, моря, океаны, обалдеть же!
— И чего ты так восхищаешься?, уныло спросил Курт ковыряясь вилкой в своей посуде.
— Да ты не представляешь как меня достали эти пыльные камни в нигде, а тут толи дело, Может позагораю даже?, Матесон сгребал еду большой ложкой и отправлял себе в рот. Курт приготовился незаметно перевалить ему своб порцию, а Викинг продолжил, — Интересно, а кто будет руководить полевой командой?
— Руководить отрядом будет Ганьяр, спокойно но громко произнес капитан Горпах, сидевший, как это только сейчас выяснилось, всего лишь через ряд от Ганьяра с Маттесоном, это уже решено.

Ганьяр потерял дар речи, вилку и пищу находившуюся во рту. Не стоит и говорить о том, что подобное назначение не особо соответствовало его желанию, осбенно после инцидента в рубке.
— Капитан, вы уверены?, неуверенно спросил его Курт.
— Да, я думаю это будет отличное занятие для вас. Вы конечно, пойдете не одни, я позже решу кто подставит вам руку.
Продолжение ужина прошло почти что в тишине, Маттесон продолжал намекать на острую необходимость его лично высадки, Ганьяр погрузился в мрачное раздумье. Наконец гнетущую тишину разорвали словами и динамика под потолком.
— Горпах, это первый помощник Павловски, мы вышли на орбиту и вам стоит на это посмотреть.
Горпах встал и жестом показал Ганьяру следовать за ним. По дороге на мостик Горпах не промолвил ни слова.
На мостике находились старпом Павловски, еще один навигатор и техник, капающийся в обгоревшей ранее панели. За видеоокном лежала зеленая планета, моря и океаны, как и говорил Маттесон, разделенная линией терминатора на темную и светлую половину.
— Источников света на темной стороне похоже нет, произнес вслух Горпах то, что подумал Ганьяр. И правда, ни единого огонька не было.
Даже костровых огней не видно, ответил Павловски, впрочем мы видим не всю темную сторону.
— Не важно, что еще?, спросил Горпах.
Например вот это, Павловски указал на маленькое пятнышко на светлой стороне и дал увеличение.
Приблизившись картинка обрисовала сооружение издали отдаленно похожее на бабочку, что-то вроде бочки с плоскими фасеточными крыльями.
П.С. Время переключаться на что-то другое, да?

Званые гости ч.4
Идти в свою каюту после такого не очень хотелось, так что Курт решил совершить прогулку по кораблю- пройдя по длинному коридору вышел в корабльную оранжерею, в которой никого не оказалось, зашел в офицерскую столовую, поднявшись на пару уровней на лифте — на мостик. На мостике царило оживление, обсуждался план дальнейших действий, навигаторы спорили о происхождении шара плазмы на поверхности спутника, несмотря на объявленную Горпахом секретность. Впрочем сгусток плазмы можно было различить и сейчас.
— Что у нас сейчас по плану?, спросил Курт навигатора Маттесона, здоровенного шведа, которого в команде в шутку называли Викингом из-за его шаблонного сходства с древними северянами-мореплавателями.
— Облетаем спутник, ищем место для глубинного сканирования. Горпах хочет попробовать найти управляющий контур этой плазменной штуки, Викинг почесал подбородок сквозь бороду, но по мне — пустая трата времени. Что могли то уже прозондировали, а глубже с орбиты не получится.
Ганьяр подошел к консоли, посмотрел на еще не расшифрованные строчки результатов работы сканера и уточнил: — Садиться не будем?
— Не на спутник. Не охота под плазму попасть, Викинг подошел поближе к Курту и шепнул ему на ухо — А может и вообще садиться не будем. Старик недоволен. Надеялся что рейс будет скучным без приключений, а тут такое вот. — Викинг отстранился и продолжил — Сейчас придет Сахито и будет руководить, так что ты лучше иди, а то вдруг Горпах с ним придет, ты его знаешь, он не любит когда люди "мешаются".

Ганьяр согласно кивнул, но решил остаться. Через пару минут в рубку пришел Ко Сахито, ассистент и помощник Дюфрейна. Они с Куртом обменялись короткими взглядами. но Ко ни чего не сказал.
— На позицию вышли?, строго спросил Сахито настраивая панель для сканирования.
— Так точно, середина управляющей сети, отрапортовал Маттесон, давясь от смеха в кулак.
— Шар — где?, не обращая внимание на хихиканье продолжал настраивать панель Сахито.
— В последние полчаса — скачет на юго-западе, так что можете приступать.
Сахито коротко кивнул и врубил глубинный сканер. На главном экране отобразились сначала поверхность спутник, выжженные борозды оставленные шаром плазмы, затем нижние слои лунной почвы.
— Тридцать процентов мощности, ничего, сказал Маттесон. Сахито кивнул и дал знак продолжать.
— Сорок пять, вижу сеть, отрапортовал Маттесон и на экране появились пчелиные соты управляющей сети.
— Дальше, приказал Сахито.
— шестьдесят процентов, без изменений.
— Еще.
— семдесят пять, что-то вижу.
На экране появились новые тонкие линии соединяющие соты и соединяющиеся между собой. Линии сходились к центру и пропадали. В это время Ганьяр отвлекло какое-то движение в обзорном мониторе и поняв что это он заорал — "Шар, мать его, вырубай".
Сахито сначала не понял о чем речь, но повернув голову туда куда рукой указывал Ганьяр сразу бросился к панели, однако оказалось уже поздно. Обзорный монитор затопило иссиня-бело сияние маленького косматого плазменного солнца, из нескольких панелей брызнул сноп искр, запахло горелой проводкой. Напоследок включилась и коротко прозвенела сирена. В рубке погас свет и загорелось красное аварийное освещение.
Пока мужчины в рубке остолбенело пялились ан погасшие экраны раздался топот из-за двери, дверь отъехала в и рубку влетел разьяренный капитан Горпах.
— Что?? Кто???? Гдее??, Горпах дико вращал глазами и делал пальцами движения как будто он что-то отрывает или откручивает.
— Спокойнее капитан, ничего страшного, просто небольшое недоразумение, первым опомнился Маттесон, видите, вот и освещение вернулось.
Освещение и правда вернулось в норму. Мониторы и панели одна за другой оживали. Ничего страшного как будто бы и не случилось.
Горпах, впрочем, не особо поверил в это и налитыми кровью глазами обводил одного за другими. Наконец дошло и до Ганьяра. Горпах хмыкнул, но ничего не сказал. Маттесон жестами из-за спины капитана показал, что Курту стоит удалиться желательно немедленно. Курт спорить не стал.
(сс) @Toyoku-mono и местами @isilmine

Званые гости ч.3
— Кого он имел в виду спросить? спросил Ганьяр Горпаха, когда дверь за Дюфрейном закрылась.
— Мы подключили к этому...делу доктора Ромадье, Ответил Горпах.
— Аа..., выдавил из себя Ганьяр и скривился, я позвоню ей отсюда?
— Валяйте, Горпах подмигнул и вернулся к бумагам.
Ганьяр подошел к стеновой панель, набрал код доктора Ромадье, но после нескольких секунд ожидания так никто и не ответил.
Придется лично, прокомментировал Ганьяр, на что Горпах неопределенно кивнул не поднимая головы т дал понять, что аудиенция закончена.
Ганьяр Вышел из каюты и закрыв дверь припустил вслед за удаляющимся Дюфрейно. Через минуту он нагнал его в коридоре и предложил тому составить компанию, благо рабочие места всех ученых располагались в одной секции.
— Как Жаклин?, Сразу спросил Ганьяр.
Дюфрейн помрачнел и чуть помедлив ответил — Без изменений.
— Не в духе?
— Можно и так сказать. После того инцидента она сама не своя, ответил Дюфрейн и начал демонстративно копаться в содержимом своих карманов. Данный вопрос ему обсуждать не очень хотелось.
Под "инцидентом" он имел в виду тот факт, что незадолго до отлета в экспедицию дочь Жаклин Ромадье погибла. Причем погибла по глупой случайно почти что в присутствии матери. Все ожидали, что Жаклин сломается, но она решила забыться в работе и записалась в экспедицию несмотря на возражения руководства.

— Я понимаю, что она хочет перебороть свою депрессию, но лучше бы она это делала на другом корабле, ответил Ганьяр.
— Курт, я сделаю вид, что не слышал этого. Впрочем, мы уже пришли, давай, удачи, Дюфрейн похлопал Ганьра по плечу и пошел дальше. Ганьяр же остановился перед дверью доктора Ромадье и постучал. Тишина. Постучал еще раз. Тишина. Нажал на кнопку звонка — снова тишина. Ганьяр присмотрелся к индикатору — судя по нему в комнате кто-то был и, вздохнув, достал из кармана мастер-ключ. Ему, как члену офицерского состава полагались некоторые привелегии, но как правило люди не очень любят когда к ним входят, особенно если они никого не хотят видеть.
Тем не менее, Ганьяр приложил мастер-ключ к панели управления и как только дверь отъехала вошел внутрь.
Внутри комнаты оказалось довольно сумрачно и, на первый взгляд, безлюдно. Рабочий стол, голографическая панель, архаичная клавиатура, какое-то растение в углу, за прозрачной перегородкой — софа, на которой, как оказалось, кто-то лежал. Курт тихо обогнул перегородку, подошел к софе — естественно, на софе лежала женщина, доктор Жаклин Ромадье. Ганьяру показалось, что она плачет уткнувшись в подушку, поэтому он оставил свою первоначальную идею тронуть девушку за плечо, а просто тактично кашлянул. И пожалел об этом. Доктор Ромадье незамедлительно вскочила с софы и набросилась на него.

— Полегче, полегче доктор, Ганьяр попытался ухватить Жаклин за руку и незамедлительно получил когтями по лицу. Жаклин прорычала что-то невразумительное и Ганьяр влепил ей звонкую пощечину. Жаклин от неожиданности отлетела на софу. Следующие несколько минут прошли в тяжелой тишине, наконец доктор отдышалась и села прямо.

— Успокойтесь, доктор Ромадье, сказал Курт смотря сверху вниз на сидящую на софе Жаклин.
— Какого черта вы вломились ко мне, болван!, сердито прошипела ему Ромадье в ответ потирая след от пощечины...
— Я вам звонил, но вы..эээ...спали, стараясь не выдавать своего раздражения сложившейся ситуацией ответил Курт.
— Ну хорошо, что вам надо?, смирилась с неотвратимостью присутствия офицера доктор.
— Меня интересует, что вы нашли на спутнике.
— Ничего особенного. Жизни нет. Впрочем..., доктор замешкалась
— Впрочем что?, уточнил Курт.
— Много кальция глубоко под поверхностью. Довольно нехарактерно для спутников подобных этому.
— Живые существа?
— Скорее трупы, доктор состроила страшную гримасу, Что нибудь еще? Больших деталей я вам все равно не дам, у меня их нет.
Теперь, пожалуйста, оставьте меня, вы мешаете мне работать, холодно произнесла Жаклин и указала пальцем на дверь.
— Ну да, конечно, иронично протянул Курт и не споря покинул помещение.

"Званные гости" ч.2
— А, наш добрый доктор. Ну-с, порадуйте нас своими находками. Горпах широким жестом пригласил Дюфрейна к столу.
Дюфрейн, низенький сутулый человек зло посмотрел на Горпаха, потом перевел взгляд на Ганьяра. выразительно посмотрел на него, на что Ганьр ответил пожатием плеч, подошел к дисплею на стене каюты, поколдовал немного и, наконец, отошел. Светв каюте потускнел, а на серидину комнаты спроецировался схематично изображенный шар.
"Надо же, и голограмму построить успел", подумал про себя Ганьяр и поймав очередной злой взгляд Дюфрейна прислушался к его монологу.
— Как я уже сказал, перед вами спутник третьей планеты Тау Кита, масса семь и четыре на десять в двадцать второй, поверхность 3 и восемь на десять в седьмой, объем...
— Дюфрейн, ближе к делу. Цифры можете оставить для справочника, перебил его Горпах.
— Да...конечно. Итак..., Дюфрейн сбитый с накатанной Горпахом запнулся и сделал паузу, как это делают люди заучившие стихотворение когда их просят начать с середины, — во время пролета корабля мимо спутника было проведено автоматическое сканирование, ничего особенно, плановая процедура, которая выявила нечто совершенно неожиданное. Конкретно вот здесь — Дюфрейн ткнул пальцем куда-то в середину поверхности голограммы отчего так заколебалась в воздухе подобно студню, — собственно именно это и вызвало экстренное торможение. Далее был проведен дополнительная серия тестов которая выявила..., Дюфрейн задумался и остановился посреди предложения с открытым ртом.
— Которая выявила..., — продолжил за него Горпах.
— Да...которая выявила...выявила обширную подземную структуру. Структура глубиной..., Дюфрейн снова полез в бумаги.
— Доктор, вернитесь к аномалии пожалуйста, офицер Ганьяр еще не в курсе, попросил Горпах.
— А, аномалия...ну, мы в действительности ничего про нее не знаем, с мечтательным видом пропел Дюфрейн, но поймав выразительно мстительный взгляд Горпаха вернулся на землю, — но судя по тому что мы узнали это очень даже похоже на сгусток высокотемпературной плазмы скачущий над поверхностью спутника.
— А чего он не рассеется тогда?, спросил Ганьяр.
— Ну, похоже его питают магнитопроводы, которые..., очередная пауза, после которой Дюфрейн ни слова не говоря подошел к столу Горпаха, взяо у того ручку, не обращая на возмущенный того вид и сделал пару пометов к своих бумагах, Так вот, магнитопроводы тянутся до самого ядра и замыкаются сетью под поверностью удерживая и питая шар.
Что нибудь еще новое? Уточнил Горпах
Да, помимо магнитопроводов имеются иные тоннели, очевидно служебные, с вкраплением сгустков металла, похоже на скопление каких-то машин, Дюфрейн почесал нос ручкой капитана чем вызвал еще большее возмущенный вид того, в общем все тоннели завалены породой или даже намеренно взорваны. Действующих механизмов, кроме самой сети, нет.
— А жизнь? Быстро спросил Ганьяр
— Жизнь? В давно заброшенных и заваленных шахтах, да еще под излучающем радиации с бешеной силой искусственным солнцем?, Дюфрейн весело подмигнул Ганьяру, — ну конечно она может там быть, откуда я знаю, я не биолог! Спрашивайте сами знаете кого, я не в курсе, не моя область.
— Хорошо, доктор, вы можете быть свободны, сказал Горпах и жестом показал Дюфрейну собрать его вещи.
Дюфрейн что-то ворча себе под нос быстро собрал вещи и почто что было уже ушел когда его окликнул Ганьяр
— Скажите, доктор...
Дюфрейн повернулся к нему в дверях и вопросительно глянул на Ганьяра.
— Как вы считаете, доктор Дюфрейн, как много сил и времени потребовала эта "стройка". Что вообще она может говорить о цивилизации построившей её?
— Как вам нравится задавать мне вопросы не по специальности, Ганьяр, заворчал в ответ Дюфрейн, впрочем что до затрат и времени...как минимум немало. Не совсем ясно с какой целью был создан данный объект, цивилизации низкого уровня такое не под силу, а цивилизации высокого — незачем, так как по нашему, современному мнению, подобные солнца — тупиковый путь. Для любого реального применения они нестабильны и неудобны.
_ Оружие?, уточнил Ганьяр.
— Что угодно может быть оружием, фыркнул Дюфрейн.

Всем занять свои места, мы заканчиваем торможение и выходим на орбиту. — прозвучал из системы оповещения голос капитана Горпаха и, смягчившись, добавил, — Напоминаю, вечером праздничный ужин.

Ганьяр дослушал объявление и вдохнул. Скоро их корабль, исследовательский комплекс дальней разведки "Эвридика", выйдет на орбиту, а вскоре после этого ему, Ганьяру, придется приниматься за работу — полевую разведку на поверхности. Это, конечно, при условии что Эвридика обнаружит что-то достаточно интересное.
Вяло зевая после гибернации Ганьяр стал разбирать бумаги на столе, удивляясь как же можно каждый раз создавать такой бардак и втайне гордясь этой способностью как вдруг по кораблю прошел ощутимый толчок опрокинувший Ганьяра на пол. Через несколько секунд Ганьяр изрыгая ругательство встал нащупывая на голове шишку когда динамик на потолке снова ожил.

— Экипажу — у нас произошли некоторые изменения в расписании..., несколько секунд молчания, и продолжение, Возможным пострадавшим обратиться в медчасть, ужин не отменяется.
С Щелчком динамик замолк и почти тут же вновь зазвучал, на этот раз уже только для Ганьяра.

— Научный офицер Ганьяр, зайдите ко мне, Горпах — и снова тишина.
Ганьяр окинул взглядом еще раз бардак, принявший после толчка еще более устрашающие масштабы и решив про себя что смысла прибираться уже все равно нету отправился к капитану.

Горпах оказался в своей каюте, посмотрев поверх старомодных очков Горпах дал Ганьяру знак присесть перед его столом и углубился в изучение распечатки которую как раз держал перед собой.
Неловкое молчание продолжалось так минут пять пока наконец Горпах не отложил листы углепластика в сторону и, не глядя на Ганьяра вообще, не сказал в пустоту, ни к кому не обращаясь "Итак.."

Ганьяр решил сделать вид, что не воспринял это как приглашение к разговору и промолчал. Наконец Горпах повернулся к Ганьру и безо всякой прелюдии сходу спросил

— Ганьяр, куда мы с вами прилетели?
— Тау Кита, очевидно, — ответил Ганьяр недоумевая к чему бы этот вопрос. В конце концов к навигации Ганьяр не имел ну никакого отношения.
— Верно...Тау Кита...А зачем? — продолжил бессмысленный допрос Горпах.
Ганьяр знал, что через пару полетов Горпаху скорее всего не останется ничего иного как уйти в отставку по возрасту и, после отставки, идти в инструктора-наставника или на должность ментора, но с чего бы это ему начинать тренироваться принимать экзамены в будущем на Ганьяре уже сейчас. Впрочем, Ганьяр сдержал подступающую комом к горлу тягу прервать эти расспросы грубой ремаркой на тему возможного маразма и решил подыграть.
— Мы, если вы не забыли, ищем следы разумной жизни и планеты пригодные для колонизации.
— Верно...ну вот мы в этот раз нашли что-то интересное. Настолько интересное, что прямо даже и не знаю что сказать. Вот, поглядите. — Горпах кинул Ганьру пачку листов.
Ганьяр мельком взглянул — графики, диаграммы, карты...
— Это что? и что конкретно должен я увидеть?
— Да вы присмотритесь, присмотритесь, настоял Горпах
Ганьяр всмотрелся, первые несколько листов он пролистнул не вдаваясь, но постепенно углубился и начал перескакивать с одного листа на другой, взад и вперед.
— Вижу вам понравилось то, что вы увидели, я так и знал, Горпах широко улыбнулся. "Зубы уже не те", отметил про себя Ганьяр.
— То, что вижу — либо ошибка, либо невероятное стечение случайностей.
— Ну да, конечно, случайности прорыли и шахты на спутнике и магнитопроводы проложили к ядру и искусственное солнце зажгли, все также, с отеческим выражением лица прокомментировал Горпах.
— В таком случае...куда же эти случайности делись? — также невинно спросил Ганьяр в ответ.
— Ну. это мы попробуем спросить доктора Дюфрейна. — Горпах засунул палец в оху, покрутил там и произнес — Дюфрейн, зайдите ко мне. Да, я знаю, что на вас свалилась куча работы, берите что есть и ко мне.
Горпах вынул палец из уха, посмотрел на кончик, как он всегда делал в таком случае..и вернулся к бумагам. Ганьяр шумно сглотнул, он боялся что Горпах лизнет палец.

Через несколько минут дверь в каюту открылась, на пороге стол Дюфрейн.

Начинаю выстраивать все свои рассказы в единую логическую цепь :)
"Неизбежность" ч.1
" — Что за неудачный день! — со злостью прошептал про себя Алекс пиная пустую консервную банку и поплотнее запахивая полы плаща. Стылый сухой ветер нес обрывки газет и прочий мусор вдоль пустынной улице пока Алекс торопливо оглядываясь смотрел на возвышающееся вдали здание Центра контроли виртуальной реальности. Именно к этому зданию и шел Алекс, вернее, он шел к нему пару часов тому назад, до того как обнаружил, что здание оцеплено службой общественной безопасности, а сейчас Алекс как раз быстро удалялся прочь.
Услышав писк браслета-компьютера молодой человек сжался еще сильнее и прибавил шагу. Радиация. Погода сегодня ветренная и ридиоактивной пыли в воздухе как никогда много. Проклятый, во истину, проклятый день. Ведь все должно было пройти иначе! Сегодня Алекс должен был ночью проникнуть в Центр, своё бывшее место работы, и сковырнув в подсобке решетку вентиляции вынуть свою заветную сумку, а в сумке было — документы, припасы, и, главное, карты зараженных территорий. Без этих карт найти безопасный проход среди чумных территорий просто нереально.
Но все пошло не так.
Кто-то сдал его? Нет, в это верится с трудом. Тогда что? Его психиатр что-то не то разведал во время сеанса "терапии" или просто за ним уже давно следят? Алекс чуть было не упал на землю споткнувшись о трещину в бетонной дороге, прислонился к стене какого-то безжизненного здания и достал сигарету, закурил и огласив пустую улицу душераздирающим кашлем бросил сигарету в темный проем окна напротив. Курение убивает. Но не так быстро как радиоактивная пыль. Впрочем, какая разница.
Найдя, наконец, убежище в виде не настолько засранного как окрестности здания, по всей видимости, бывшей церкви (из-за сваленных в углу скамей) Алекс достал свой коммуникатор и, посидев, стараясь не обращать внимания на клубящийся по углам светящийся газ, на одной из скамей пару минут в нерешительности, набрал номер.
Довольно долго из коммуникатора раздавались только гудки, но когда Алекс почти потерял надежду экран посветлел и на нем появилось осунувшееся женское лицо.
— Криста, послушай... — начал было говорить молодой человек, но девушка изменившаяся в лице при виде Алекса резко оборвала его и быстрым рубящим жестом показала ему замолчать
— Ты сошел с ума! Я говорила тебе. что нас могут прослушивать в любой момент — нервно оглядываясь прошипела девушка в ответ, — мы можем встретиться в обычном месте...
— Криста, выслушай меня, умоляющим тоном заговорил Алекс, — Центр оцеплен. Там кордон, не подойти никак. Я не смог забрать сумку...
— Ну и что мы теперь будем делать по твоему? — холодно, непроницаемым голосом спросила его девушка по имени Криста. — Какие идеи?
— Мы можем все равно попробовать... пройти в безопасную зону, ответил Алекс, есть и другие несогласные, мы должны попробовать.
— Извини, Алекс, это самоубийство — Криста отвернулась от экрана и, всхлипывая, продолжила, они уже были у меня.
— Когда ?? — от шока Алекс чуть не выронил коммуникатор на землю.
— Вчера вечером, — ристирая слезы по давно немытому лицу ответила Криста, — они все знали — про меня, что я хочу бежать. Убеждали меня, что ничего страшного не произойдет.
— Ты ничего им не сказала? — медленно спросил Алекс. Неужели это она его сдала?
— Нет...я думаю, они и так уже все знали. Он не торопились. — Криста перестала всхлипывать и снова отвернулась от экрана, — прости, Алекс, я думаю лучше пусть будет как будет.
— Но мы можем попробовать..., попытался было снова убедить её Алекс, но Криста помахала ему на прощание рукой и ни слова более не говоря выключила связь."

"Коммивояжер"
Лучший будильник, как известно — это удар тока, переполненный мочевой пузырь и хороший ми...впрочем не важно, запах яичницы с беконом тоже неплохой будильник.
Именно от запаха яичницы и проснулся Леша Капшман, потянул пару раз носом, не открывая глаз — нет, запах не приснился и с легкой досадой продрал глаза. Голова неприятно трещала после вчерашнего, и все вокруг — немного обшарпанные стены квартиры, серый свет из окна — все это казалось унылым и нерасполагающим к хорошему дню.
— "Леша, ты долго еще будешь спать?", спросила входя в комнату Виола, пухленькая кареглазая брюнеточка, нынешняя пассия Леши.
— Чего?..а, да какая разница?, зевая во всю пасть сонно пробормотал Леша в ответ.
— Ну вообще-то понедельник, тебе разве в университет не надо?, ответила Виола, открыв шкаф и выкидывая на постель одежду Леши.
— "Заботливая, блин, какая", с раздражением подумал Леша, но вслух сказал "Ой, да...чего я там полезного узнаю?"
— "Объем своих задолженностей", хихикнула Виола аппетитно крутя задницей торчащей из шкафа.
— "Давая лучше отблагодарю тебя за заботу", пропел Леша и хищно ухватил Виолу за зад.
Виола ловко выскочила из лешиных рук, легко хлопнула его по голове и со словами "Нет уж, у меня и так все болит после вчера" выскользнула из комнаты.
С ворчанием Леша оделся и проследовал на кухню, где его ждал завтра. Виола пила кофе со скучным видом листая какой-то журнал.
— "Ты сама-то никуда не опаздываешь, на занятия например?", зло спросил Леша отковыривая кусок немного пригоревшей яичницы от сковороды.
— Ну, ты знаешь, девочкам проще сдать экзамен если что", демонстративно облизнув ответила Виола. Леша поморщился. Яичница подгорела сильнее чем он думал.
— "Ты в низ не спустишься?", неожиданно, не отрывая глаз от журнальной статьи спросила Виола?
— "Нах?", закономерно и очень культурно для столь дрянного утра поинтересовался Леша в ответ.
— "Ну, я посылку жду...", все также не отрываясь ответила Виола.
— "А что ты сама не можешь?"
— "Ну Леееееша!", Виола сделал губки бантиком и похлопала ресницами. Восприняв это как знак, того, что Виола не пойдет вниз из принципа Леша встал, взял ключи с холодильника и вышел из квартиры.
"Дура ленивая...", бурчал Леша спускаясь вниз.
Спустившись вниз он встретил своего соседа сверху, Владимира Яковлевича Лёнина. Владимир Яковлевич была сухим бодрым старичком с совершенно лысой, подобно бильярдному шару, головой и остренькой седой бородкой.
— "Уважаемый Алексей Измайлович, вы знаете, я старый человек", начал, как всегда, издалека, Владимир Яковлевич, "и ночью мне хотелось спать, а вы со своей...эээ...дамой всю ночь так громко"
— "Спасибо, можете не продолжать", быстро перебил старикана Леша и добавил, "мы приложим все силы чтобы такого не повторялось".
— "Да, но вы повторяете это уже в который раз", опять завел свою шарманку дед и чтобы поскорее избавиться от его общества Леша сгреб все чтобы было в почтовом ящике и не слова ни говоря направился к выходу.
Дед продолжал вопить "Вот настанет Апокалипсис и вы увидите еще что с вами будет".
— "В первых рядах буду", ответил Леша и отправился назад.
Вернувшись домой Леша застал Виолу все также вяло прихлебывающей кофе. Грязной посуды точно не убавилось.
Швырнув кипу бумаги на стол и поймав удивленный взгляд Виолы леша присел и начал разбирать добычу.
Спам, мусор, реклама, хлам, обертка от шоколадного батончика и наконец, конверт из толстой черной бумаги. На конверте стояло имя — "А. Капшбаум"
— "Тебе?", поинтересовалась Виола. По этому случаю она даже отставила свою чашку и журнал.
— "Да вроде...хотя может нет", неуверенно ответил Алексей.
— "Да хрен с ним, открывай, много ли вас, Капшей, в России", уверенно ответила Виола и вырвав конверт из рук столь е неуверенного Леши оторвала край. Внутри оказался еще один конверт. На этот раз белый и текстом. Текст отпечатанный золотой краской гласил.
"Уважаемый получатель! Вам оказана великая честь — вам, одному из немногих будет предоставлена возможность обрести огромное состояние, а возможно, и власть. Если вас заинтересовало — откройте конверт."

Платите рыбой, ч. 5Лемке в ответ прохрипел "флот...сопротивле...ние", и после этого не сказал не слова.
"Сестра!", позвал Трауб, но никто не ответил, тогда Трауб подошел к двери и громко постучал в нее. Дверь открыл рослый санитар, один из тех, что пытались остановить допрос ранее, "У пациента припадок, нужна помощь. "
Санитар кивнул и побежал за врачем. когда Трауб собрал вещи и выходил из комнаты, к ней уже подходил быстрым шагом врач.
— "Что вы с ним сделали?", строго спросил врач. Посетитель не ответил.
Уже позже, заполняя бумаги в регистратуре Трауб как бы невзначай спросил как там Лемке.
— "Впал в кому", ответила сестра по ту стороны стойки, "доктор говорит, что не знает когда он придет в себя".
— "Ясно", ответил Трауб и собрав бумаги покинул госпиталь. Больше они с Лемке не встречались.

Все это проносилось в голове у Трауба в то время как он несся глайдере над поверхностью Тихого Океана, спеша на встречу с инопланетным послом. Трауба вывели из раздумий слова пилота Нильсена, почти неразличимые из-за шума турбин.
— "Через полчаса будем не месте, сэр", прокричал Нильсен не поворачивая голову.
— "Как будет проходить рандеву?", спросил пилота Трауб.
— "Не могу знать, сэр. Моя задача только доставить вас на платформу, что будет проиcходить дальше я не знаю", ответил пилот.
— "Разве Лемке ничего не рассказывал?", поинтересовался дипломат.
— "Нет, сэр. Мне — нет", ответил Нильсен, помолчал, а потом продолжил, "мне самому интересно, но у них там линия ПВО...мне так говорили".
Трауб не нашелся что ответит и решил не продолжать распросы, а уставился в окно. За окном до самого горизонта простиралась синева океана. Проклятые Хикки очень умно выбрали место для своей базы...как будто специально, чтобы позлить Трауба. Трауб океан ненавидел.

Вздохнув, Трауб достал из кейса бумаги и уткнулся в них. Экономические показатели, сводки по производству биоматериалов, графики поставок минералов, запросы от чиновников ООН, запросы от частных просителей, даже письма от детей. Почему весь этот мусор свалили на него? Конечно, были материалы и поинтереснее, например фото корабля пришельцев, материалы с первой встречи...все это уже было прочитано, так что Людвиг просто откинул голову назад и прикрыл глаза. Лемке..чтобы он такого не увидел, очень скоро у Трауба будет возможность тоже посмотреть. Хотелось бы при этом еще и остаться в своем уме.
— Сэр, мы подлетаем к месту встречи, снова отвлек Трауба Нильсен. Трауб быстро, не глядя и сминая листы засунул бумаги в кейс и прильнул к стеклу иллюминатора.
Платформа представляла собой массивное искусственное творение из металла, фактически стальную плиту висящую без каких либо опор прямо над поверхностью воды. Трауб знал, что платформу поддерживают антигравитационные генераторы, еще одна техническая новинка, при виде которой Земле оставались только облизываться, но все равно чувство было такое, как будто она вот вот соскользнёт вниз, прямо в воду. Возможно где-то в глубине души земной посол на это и надеялся, но случиться подобному было не суждено.
За то время пока посол рассматривал платформу, глайдер развернулся в воздухе и завис над матовой серой поверхностью посадочной площадки. Мигнув неизвестно кому пару раз огнями глайдер наконец сел.
Трауб с кряхтением извлек свое тело из аэродинамического сидения и вышел на посадочное поле. Смотреть было, к сожалению, не на что — просто ровная поверхность обрывающаяся отвесно вниз. Ни каких либо надстроек, ни углублений ни даже ограждений по периметру. Попинав покрытие пару ботинком Трауб подошел к краю, осторожно заглянул за край и почувствовав головокружение судорожно отдернул голову назад. Услышав в это время рев турбин взлетающего глайдера посол повернулся чтобы махнуть пилоту на прощание и чуть было не оступился. Последовало довольно грязное ругательство и Трауб направился к середине квадратной платформы, просто на всякий случай. Проводив взглядом уже уменьшившийся до точки глайдер мужчина приготовился ждать.

Платить рыбой, ч.4
Зубами Трауб отломил кончик ампулы и набрал несколько кубиков мутной жидкости в шприц. "Тебе это поможет, я уверен", бормотал он про себя.
Лемке попытался слабо сопротивляться когда Трауб растирал ему руку и примеривался иглой в вену, но у Трауба уже не было желания просто разговаривать. Сделав укола Людвиг отошел от кровати, нащупал в углу низкую пластиковую табуреточку и присел на нее, наблюдая за лежащим на кровати Лемке. Лемке не шевелился, хотя дыхание его как будто стало несколько глубже и медленнее. Машинально засунув в карман руку Трауб попытался нащупать пачку сигарет, но вспомнил, что пришлось бросить. Из-за них. Из-за этих чертовых пришельцев, которые совсем не были тем, чем казались, думалось Траубу. Нет, конечно, они принесли немало пользы, но какой ценой — начав с рыбы, сейчас Хикки расширили свои аппетиты и до минеральных ресурсов. Они не то чтобы очень много просят, но отказать им как-то никто не решается. Трауб вздохнул и посмотрел на часы — пять минут, должно бы уже подействовать.
Подойдя к кровати Трауб снова взял Лемке за плечо и потряс.
— "Йозеф, просыпайся. Если это чертова сыворотка подействовала, то ты должен меня слышать", Лемке не отвечал и Трауб начал трясти его за плечо сильнее.
Наконец Лемке издал стон и перевернулся на спину, а потом на бок.
— "С добрым утром, соня, утро на дворе", пошутил Трауб, когда скрючившийся в позе эмбриона мужчина открыл глаза. Взгляд у больного был все еще остекленевший, застывший как у куклы, но хотя бы из него исчезла та дикая горячность, что владела им когда Трауб только пришел.
— "Так...как твое имя?", спросил Трауб контрольный вопрос.
— "Йозеф", шепотом, шевеля одними губами ответил Лемке.
"Верно, а теперь ты будешь отвечать на каждый мой вопрос", на что Лемке ответил молчанием.
— "Ты был на базе пришельцев?"
— Да.
— Что ты там видел?
Тишина
— Ты видел там что-то неожиданное?
— Да.
Трауб чуть было не сорвался на крис снова, но вовремя вспомнил, что все происходит именно так как и нужно. Гипнонаркотик, который он вколол Лемке не мог заставить того дать развернутый ответ, разве что да или нет, другое дело если Лемке сам захочет сказать что-то.
— Ты узнал что-то о После?
— Да...нет...не уверен.
— Что-то об инопланетянах?
— да...я не помню.
— Они сделали с тобой что-то?
— "Они поймали меня...Нет, не заставляй меня вспоминать..я не хочу, не могу вспомнить!", голос Йозефа почти перешел в плач как у маленького ребенка
— "Нет, так дело не пойдет", сказал Трауб и отошел от Лемке. Ужасно хотелось курить. Трауб достал ампулу и осмотре — внутри еще осталась сыворотка. Трауб взял с кровати шприц и начал снова набирать жидкость
— "Не надо", сказал Лемке, поднимая руку и пытаясь загородиться от Трауба.
— "Прости", сказал Трауб и сделал второй укол. Лемке застонал, тело его выгнулось дугой от боли. Будет удивительно, если он вообще выживет.
Трауб подождал пока Лемке снова затихнет, наклонился желая задать вопрос и услышал что, лемке что-то тихо бормочет про себя. Походе передозировка снова ввела его в какое-то горячечное состояние, но, по иронии судьбы, сделала свое дело и развязала Лемке язык.
— "Шепот, ты слышал их шепот", бормотал про себя Лемке.
— "Чей их, инопланетян?", уточнил Трауб.
— "На базе...они шепчут, шепчут, переговариваются между собой...", у Лемке начали закатываться глаза по мере того как голос его становился все менее разборчивым, "они пришли...они знали, знали, они ждали...нет, они были готовы...и кошки, кошки, зачем им кошки."
Кошки. Еще одна странная деталь в отношении Хикки. Примерно через год после установления отношений они неожиданно потребовали собрать и передать им всех кошачьих, что остались к тому моменту не истреблены — домашних кошек, тигров, львов, всех, независимо от среды обитания. Естественно, зачем они пояснять не стали.
— "А что с Послом", быстро спросил Трауб видя, что Лемке начал задыхаться.
— "Посол...знает все ответы...в курсе всего...играет, для нее это игра...", прохрипел Лемке.
— "Нее, кого нее?", Трауб схватил лемке, и посмотрел, лицо синюшнее, глаза закатились.

"Платите рыбой" Часть 3
Трауб присел на кровать Лемке и подождал пока взгляд того не сфокусируется на нем. Это заняло достаточно времени, а времени у Трауба было мало. Его руководство было против встречи в Лемке, хоть Трауб и убедил их в том, что Лемке — ценнейший источник живого опыта, а на одних отчетах не уедешь. И все таки, времени было мало.
— Йозеф...посмотри на меня, Йозеф!
Лемке продолжал дико вращать глазами, на губах появились пузыри слюны. Трауб вздохнул и дал Лемке пощечину.
Это помогло, вгзляд Йозефа стал более осмысленным, с нем появилась слабая искорка понимания.

— Лю...юдвиг? Это правда ты? Или это опять таблетки, Йозеф пощупал лицо Трауба руками, "они что-то подмешивают мне, я вижу вещи, я вижу такие вещи, Людвиг!"
Лемке был готов расплакаться, начал бормотать что-то про себя, но Трауб одернул его и не позволил уйти в очередную наркотическую фантазию.
— "Йозеф, ты должен помочь мне! Сейчас!", медленно и проговаривая каждый слог произнес Трауб глядя в глаза Лемке.
— "Помочь? Чем помочь? Это мне нужна помощь...они..от них, они там, Людвиг", Лемке начал лихорадочно хвататься руками за куртку Трауба
"Кто они, Йозеф? Здесь нет никого кроме нас"
Лемке печально покачал головой не желая спорить, но давая понять, что Трауб не прав, "ты не понимаешь", говорил он, "скоро будет поздно".
"Йозеф, мне нужна твоя помощь", повторил Трауб, "мне нужно чтобы ты рассказал мне о Хикки, о После. Ты должен рассказать все что знаешь".
"Зачем, все в рапортах, все там", Лемке рассеянно начал смотреть в сторону и сквозь Трауба, как будто видел что-то такое, недоступное видению обычного человека. Потом он посмотрел на Трауба, лицо его как будто вытянулось, зрачки сузились и он прошипел отодвигаясь от Трауба "А может быть ты один из них? Пришел узнать осталось ли у меня еще что-то? Пришел завершить начатое?", глаза Лемке закатились, он начал дергаться как припадочный сжимая и разжимая кулаки.
Трауб засомневался на секунду не следует ли ему позвать сестру на помощь, но потом передумал, собрался с силами и заехал Лемке по морде кулаком. От удара Лемке охнул и с грохотом слетел с кровати на пол. От шума дверь в палату распахнулась и на пороге появились санитар вместе с медсестрой.
— Что у вас тут происходит?, сходу спросила сестра приковав взгляд к лежащему навзнич Лемке
— Все в порядке, не мешайте нам, произнес Трауб доставая и кармана и показывая персоналу своё удостоверение
— Я даже и не знаю, неуверенно ответила сестра, глядя на удостоверение Трауба, возможно мне следует позвать доктора...
— Возможно вам стоит выйти и закрыть дверь, ответил Трауб убирая удостоверение, если конечно вы не хотите получить обвинение в государственной измене.
Трауб утрировал. такой власти у него не было, но медсестра точно об этом не знала.
Подождав когда сестра выйдет из палаты, Трауб поднял Лемке с пола и прислушался к его дыханию. Неглубокое, но устойчивое. Долго Лемке на такой диете из пилюль не жить.
"Йозеф, расскажи мне то, что знаешь. Я знаю, что все это не случайно. Йенсен считает, что ты просто сломался, не выдержал нагрузки. Но я тебя знаю, тебя не сломать.", Трауб взял Лемке за лицо рукой и насильно повернул к себе. Глаза Лемке скакали от пола на стены, на потолок и назад.
"Лемке, что с тобой сделали? Что ты узнал? Что увидел? Ты что-то видел, я знаю. Они не могли стереть тебе память, это было заметно, поэтому они подкрутили тебе винты в башке", Трауб незаметно для себя сорвался на крик, "ты всегда был любопытен, всегда лез куда не надо. Так куда же, черт тебя возьми, ты влез на этот раз?", Трауб снова дал пощечину Лемке, но это не помогло.
"Что там было, Лемке? Что там на базе? Что ты скрыл в докладе? Что они должны завершить? Зачем они прилетели?", Трауб давал Лемке пощечину за пощечиной, "Говори, говори, говори!".
Лемке молчал. Трауб отпустил его и голова Лемке безжизненно свесилась на грудь.
— "Ладно, попробуем по плохому", Трауб наклонился и подняв тело Лемке положил его на кровать. Засучив штанину, Трауб достал шприц и ампулу с мутной жидкостью внутри," я не хотел этого, Йозеф, правда".

Идея была получить доступ к инопланетной технологии и решить свои проблемы, но после того как при экспериментально вскрытии энергокуба была полностью аннигилирована Джакарта со всем многомиллионным населением эта инициатива несколько..заглохла.
Инопланетяне дали ясно понять, что торговлю технологиями они не одобряют ни в какой форме. На вопрос "почему" последовал довольно пространный ответ сводящийся к тому, что каждый должен добиваться всего сам или что-то в этом роде. Если вам так интересно, спросите в любой крупной библиотеке диссертацию Кауфмана на эту тему.
В сложившейся ситуации у ООН, как полномочных представителей Земли не было иного варианта как принять условие Хикки. Их энергокубы, их энергостанции дающие потребителям электричество или что угодно иное, пар или горячую воду, на выбор в обмен на земные биоресурсы (как я уже сказал, началось все с рыбы), ну и конечно право построить маааленькую базу где-то в Тихом Океане.
Их база — это совершенно отдельная история, безусловно достойная упоминания. По договору с ООН база должна была быть невоенной (мы тогда в общем и не знали военного потенциала Хикки, да и сейчас плохо представляем), возможно так оно и оказалось, но допустить хотя бы одного землянина на территорию базы, дальше холла, Хикки наотрез отказались. Мотивировали это тем, что им необходимо "уединение".
Вы наверное думаете, что мешало отправить пару агентов вроде Бонда и все выяснить? Разумеется, так и было сделано. Говорят, мне доподлинно неизвестно, что агенты даже смогли проникнуть внутрь. Более того, они даже вернулись. Живые! Без единой царапины! Но совершенно непомнящие что видели на базе.
Забавно, но представители Хикки даже и не обиделись, как будто, по поводу случившегося. Не потребовали извинений, но и сами за стирание памяти извиняться не стали. Вот тут мы и подходим к тому моменту когда на сцене появляюсь я, Людвиг Трауб, полномочный представитель Земли по межпланетным сношениям. Ну, то есть я посол.

— "Трауб! Вы все помните, что я вам говорил? Старайтесь не задевать некомфортные вопросы, будьте тоньше, заходите издалека. хикки хотя и понимают наш язык хуже нас самих, удивительно обидчивы.", раздавался голос из динамика под потолком. искаженных ээлектроникой он звучал по старчески надломленным.
— Да, Канцлер Йенсен, мы это проходили уже сто раз, в лоб не спрашивать, вопросами не давить...хотя может как раз напрямую и стоило бы," ответил голосу из динамика Людвиг Трауб, высокий худощявый брюнет лет 30-ти на вид.
— Нет уж! Вашь предшественник Лемке уже наспрашивал, уж так наспрашивал, что довел меня до второго инфаркта! Второго, Трауб, следующий будет последним!, продолжал хрипеть Йенсен.

Лемке! На Трауба сразу нахлынули воспоминания. Они с Йозефом Лемке учились вместе в институте, потом вместе поступали в летную школу. Лемке впоследствии попал в разведку, а Трауб решил, что авиация — не его и добился перевода в дип. корпус.
Йозеф Лемке стал тем, кого Земля отрядила договариваться с инопланетянами. Его одного. Одного человека. Конечно, сначала все думали, что переговоры и общение будет осуществляться с помощью большой комиссии, в которую войдут ученые, политики, экономисты, но Хикки совершенно прозрачно заявили, что подобные сборища не будут способствовать их комфорту, а отсутствие комфорта не способствует успешному ведению бизнеса ни тут, ни в космосе ни где либо еще. Тогда полунамеками, полунедосказанностями ООН стало выяснять с каким-же количеством людей Хикки желают иметь дело? Двадцать? Десять? Пять? Три? Всего один?
Вот так Лемке и попал в СверхБольшую Политику. Один человек и ответственность з всю планету. Неудивительно, что Лемке в конце концов свихнулся.
В последнюю встречу Трауба и Лемке тот уже находился в больничной палате. Мягкие стены, ремни на руках, смирительная рубашка. Печальный венец карьеры.
Лемке был из тихих душевнобольных, но власти приложили все усилия, чтобы Лемке не мог причинить вреда ни себе, ни другим, особенно Хикки и уж конечно чтобы никогда не вышел из дурдома.
Официально диагнозом Лемке был маниакально-депрессивный психоз и паранойа.

"Платите рыбой"
— Рыбки хочется!, плакала маленькая девочка, в то время как её мама расплачивалась за покупки.
Продавщица холодно посмотрела на девочку и произнесла не обращаясь ни к кому "Извините, рыбы нет".
— Ну маааам!, продолжала хныкать девочка.
— Ну тебе же сказали, нет рыбы, нету!, сорвалась на невинную, в общем, девочку, мать, "Вообще нету".
И это было чистой правдой. Рыбы не было. Нигде. Ни за сколько, уже несколько лет.
Рыбы не стало с момента Великой Встречи, Начала Новой Эры или как её называли по началу, Первого Контакта. Первого контакта земной цивилизации с инопланетной — цивилизацией Хикки. Нет, конечно это не было их настоящее название, но вы поймете почему их так назвали. До сих пор неизвестно, мы ли случайно наткнулись на Хикки, либо они нашли нас, но встреча с ними оказалась как нельзя кстати. На Земле к тому моменту разразился жесточайший кризис, но не такой как предсказывали футуристы, не кризис перенаселения, а кризис энергетический.

Практически все углеводородное сырье было безжалостно растрачено предыдущими поколениями, не задумывавшимися о судьбе потомков, ситуация в отдельных отраслях стала настолько угрожающей, что замаячил неиллюзорный риск возврата к паровым машинам. Именно тогда из почти последних сил была снаряжена миссия по поиску топлива на иных планетах Солнечной системы. Человечество готовилось найти, захватить и сжечь почти что угодно — металлический водород на Юпитере и Сатурне, радиоактивные астероиды за Марсом, Метан на Уране и даже недра Венеры. Но до этого не дошло. Недалеко от Ганимеда разведчик наткнулся, практически лоб в лоб с разветботом Хикки.

Сначала мы, конечно, повели себя как всегда невероятно глупо — храбрый капитан исследовательской мисси Магеллан отдал приказ подорвать чужеродный разведбот к чертовой матери. Потом он сел за это в тюрьму, причем, обратите внимание, даже без пожеланий к тому Великого посла Хикки. Сами посадили, так, для верности. А вскоре после этого инцидента команде Магеллана воочию предстала армада Хикки.

К счастью, горячие головы к тому моменту поостыли и обошлось без первой, и наверное, последней для Земли межзвездной войны. Чужаки не проявили враждебности и после обмена бинарными сигналами довольно быстро удалось установить некое подобие общения. Подобие, не более того. Определившись с основными понятиями Хикки запросили у космонавтов словари и вообще информацию по языку землян (им стал, как и следовало ожидать, китайский) и уже через несколько суток Хикки начали "говорить" по земному. Аналогичную просьбу со стороны космонавтов, что характерно, проигнорировали. Это вообще стало их визитной карточкой — игнорировать неудобные или "неуместные" вопросы. Мы тогда еще не поняли почему.
Так или иначе, но очень скоро выяснилось, что Империум Хикки, (опять же, придуманное название. Хикки не ответили как их следует называть, "как вам удобнее", сказали они, а Империум — это наиболее похожий земной аналог к тому немногому что известно об их политическом устройстве) — цивилизация, несомненно, весьма высокая, вполне мирная, хоть и не беззащитная, это нам тоже дали понять, и главное — склонная торговать со всеми кому есть что предложить.
А что предложить у Хикки было вдоволь, особенно для Земли. изголодавшейся по дешевой и доступной энергии. У Хикки же энергии было хоть сколько угодно. Любое количество, в любые сроки, главное — платите.
Вот с оплатой, в общем-то, казус и вышел. ООН, как и следовало ожидать, крайне настороженно отнесся к вопросу оплаты, подозревая (во много благодаря известно кому) нехорошие планы со стороны пришельцев, особенно когда те запросили "биологические" образцы для анализа.
Ну и али им что-то такое максимально отдаленное от человека. на всякий случай. Рыбу, короче.

Рабы инопланетянам понравилась и вопрос оплатой энергокубов решился в кратчайшие сроки. Они нам — энергию, мы им — рыбу, а потом и другую "биомассу".
Конечно, люди не могли бы звать людьми не попытайся они сжульничать...

Превьюшка к следующему рассказу
Считается, что беды приходят со знамениями, непроглядно темной ночью, с бурей, вырывающей вековые деревья, молниями и ледяным дождем. Конечно, это не так, обычно беда приходит днем, ничего не стесняясь и не таясь.
Эта история началась теплым летним вечером, практически ночью когда на небе начали появляться звезды, а трудовой народ вывалился из своих трущёб и нестройной толпой двинулся на обед, поглядывая на заходящее солнце высоко над головой. По дороге тянущейся посреди неизвестного нам государства брел молодой человек. Выражение лица его, молодого и симпатичного, в общем, было жестким и целеустремленным. Нет, так казалось только с первого взгляда, в действительности лицо его ничего не выражало. Молодой человек просто смотрел вперед и шел. Шел он к маленькому, тихому годку Вольфхолму.
И вот вечером, почти на закате, когда детишки давно уже разбежались по домам, а торговцы на главной площади собирают свой товар в корзины и готовятся идти ужинать в город зашел молодой человек. Внимание на него, право, никто не обратил, разве пара нищенок бросили жадный взгляд, но словно почувствовав недоброе сразу отвели глаза. Молодой человек оправил котомку за спиной, осмотрелся по сторонам и увидев искомую вывеску направился к гостинице. Выбранная им гостиница, "Сивый мерин", определенно не была лучшей в городе — старая отделка, стыдливо скрывающая следы лучших времен, трещины в потолках, треск насекомых в стенах, неистребимый запах сырости и затхлости который нельзя ни с чем спутать. Тем не менее, иного выбора наш герой и не желал.
Подойдя к старой, потемневшей от времени двери гостиницы незнакомец толкнул её пару раз, постучал, не услышам ответа постучал погромче пока в в двери не открылось окошко и не высунулась небритая рожа исполненная запахом перегара.
— Чего?, спросила рожа.
— Комнату, ответил незнакомец.
Рожа уставилась на молодого человека, задумалась на мгновение, а затем отворила дверь и впустила путешественника.
Рожа оказалась принадлежащей тощему человеку в засаленной, мятой одежде, по всей видимости, хозяину гостиницы. Пригладив седые немытые пряди на голове рукой тот переспросил глухим осипшим голосом.
— Так чего вы...изволите?
— Комнату, повторил странник, не меняя интонации и отрешенно-непроницаемого выражения лица.
— Это будет вам стоить, ответил хозяин, в наши-то дни жилье как никогда дорого, особенно такое первоклассное как у меня.
По его словам нельзя было понять шутит ли он или говорит всерьез, тем не менее, трактирщик быстро глянув на гостя не обнаружил у того какой либо реакции на его слова и продолжил.
— Деньги-то у вас имеются?
Гость молча сунул руку за пазуху, достал мешочек и вынул из него пару кусочков желтого металла.
Хозяин взял кусочек в руку и аж крякнул от неожиданности. Золото. Да к тому же самородное похоже! Вот так неожиданность.
Быстро сгребя положенные на прилавок самородки в руку и стараясь не показать своего волнения хозяин выпалил
— Ну, пожалуй, этого должно хватить...на пару дней, во всяком случае.
Реакции гостя не последовало. Будь его лицо менее непроницаемым можно было бы подумать, что ему просто нет охоты спорить, но этот гость как будто бы не интересовался разницов цены и оплаты вовсе.
— "Гертруда, иди сюда!" позвал хозяин, смущенно улыбаясь, "сейчас вас дочка моя...отведет в вашу комнату".
— "Да куда ты запропастилась, отродье дьявола, дочь Сатаны", позвал её снова.
Наконец, зевая, Гертруда появилась.
"Отец, ну право, что вы орете словно ишак?", и увидев гостя осеклась, "ой, у нас кажется гость.."

Этюд "Выборы навсегда"
5-е Марта. Со всех каналов телевизоров на народ взирало радостное, тронутое легкой ухмылкой лицо человека, который всегда побеждает, лицо Владимира Владимировича Тупина, нового президента России. Его главный оппонент, Хропоров Дмитрий Михайлович в этот день был мрачнее тучи. Конечно, как воспитанный человек он вышел к своим экс-избирателями, к журналистам, сдержанно дал интервью и поздравил победителя, впрочем, это не помешало ему швырнуть кружкой в своего помощника стоило только пресс-конференции уйти.
— "Что мы будем теперь делать?", осторожно спросил его соратник и близкий друг, олигарх Лебединский.
Хропоров как будто бы проснулся от тяжкого обморока, в котором находился последние пять минут и раздраженно ответил " Не знаю, что будешь делать ты, а я лично я буду собирать манатки".
— "Дима, зачем истерить, будут следующие выборы, мы подготовимся...", нервно ломая пальца бормлтал Лебединский.
— "Следующие выборы? И когда они будут, эти следующие выборы? В две тысячи двадцать никаком году?", Хропоров выдвинул ящик своего письменного стола и ожесточенно рылся в бумагах и, не находя искомого, начал яростно выкидывать листы прямо на пол, "нихрена мы не дождемся, ни хрена!"
— " Но Дима, "бежать" — это уж совсем, это ведь не девяностые...", Лебединский подошел чтобы помочь собрать бумаги с пола, но Хропоров просто грубо оттолкнул его.
— "Ага, нашел!", радостно взвился Хропоров с пола уставившись в ничем не примечательный лист с одним коротким абзацем теста на нем.
— "Ладно, Лебеда, ты тут как хочешь, а у меня на сегодня дела.", Хропоров прочитал еще раз про себя текст с листа, как будто желая заучить его и скомкав лист натянул на себя пальто, "Короче. организуй мне машину, чтоб через 5 минут. И водилу не нада. Я сам."
— "Дима, Ну какое сам, ты ведь олигарх, так нельзя", не унимался Лебединский.
— "Сам, сам, все, бывай", Дмитрий Хропоров вышел из кабинета и с грохотом хлопнул дверью.
Через 5 минут от здания резиденции олигарха отъехала ничем не примечательная машина, совсем не такая как те на которых он обычно ездил. Машины выехала на шоссе и набрав скорости двинулась к окраине. Полчаса спустя в ничем не примечательный двор на окраине города въехала машина. Местная гопота мутным пивным взглядом проследила как из машины вышел человек и двинулся к гаражам. Один из гопников указал на незнакомца рукой, но что-то в походке этого человека, возможно черезчур уверенный шаг, смутило гопников и те остались на своем насесте.
Войдя в гараж незнакомец запер за собой дверь, включил свет — одинокую лампочку на голом проводе и начал рыться в куче лома у дальней стены. Найдя наконец то, что он искал — маленькую коробочку с набором кнопочек он помедлил и нажал на самую большую.
Больше Дмитрия Михайловича Хропорова никто и никогда не видел.

...
Резкий свет ударил в глаза. Человек когда-то известный как Д.М. Хропоров прищурился и огляделся вокруг. Маленькая комната, бетонный пол, покрытый вековым слоем грязи, трещины в стенах, не приятный запах химикатов, возможно хлорки, бил в нос. Рядом суетился человечек, осторожно отсоединяющий электроды от головы экс-Хропорова.
— "Ну как, успешно?", спросил человечек между делом.
— "Что — успешно?", уточнил экс-Хропоров.
— "Задание, чтож еще. Ты все сделал как нужно?"
— " А...а вы сами еще не знаете?", экс-Хропоров силился вспомнить в чем было его задание.
— "Темпоральные волны имеют конечную скорость, ты же сам знаешь. Чтоб ты не изменил в прошлом, мы это узнаем скоро", человечек глянул на часы и что-то прикинул в голове." Ладно, давай глянем."
Хропоров и человечек подошли к окну и человечек отдернул жалюзи. Хропорову предстала картина высоких, но обшарпанных зданий внизу которых клубился сумрак. Здания были увешаны рекламой, однако ни людей ни какого либо транспорта видно не было. Неожиданно картина поплыла перед глазами — здания стали ниже, окна начали зарастать бетоном, стены покрываться трещиной и грязью. Небо подернулось мутной пеленой и затянулось темными тучами.
"Значит, все таки Тупин,", произнес человечек и задернул штору. В Москве 2142-ого года смеркалось.

"Невыносимо отвратительная пародия на Матрицу."
Финал
Выйдя из рубки Нео задумался что делать дальше. Хорошо, рубка как будто бы покинута, может быть даже не функционирует, но Матрикс-то вполне себе активен, энергия есть, люди живы! Что-то ведь на этом корабле все таки работает.
Взгляд Нео упал на табличку Электронный зал. Нео решительно подошел и нажал на пластину у двери.
Дверь распахнулась. За дверью оказался узенький коридорчик под уклон, петляющий и постоянно меняющий направление так, что Нео запутался в каком направлении он идет и наконец еще одна дверь, шкаф с надписью "персонал защитные комбинезоны обязателен". Нео поколебался, но надел на себя комбинезон. Комбинезон оказался удобен, так что Нео отбросил сомнения и открыл последнюю дверь.
За этой дверью оказалась небольшая, почти уютная комната. Ошуя и одесная стены были покрыты видеопанелями, ныне темными и безжизненными, спереди высился стенд с большим монитором и креслом перед ним, за стендом виднелось большое окно. Проход к окну, похоже не предполагался, но Нео пролез к нему и заглянул. Окно выходило в какой-то внутреннее помещение, глубокое и широкое. Внизу виднелись большие , почти толстые цилиндрические колонны, покрытые огнями, у пола стелился туман, так что реальную высоту их оценить было сложно. Ну хоть тут что-то работало.
Нео вернулся к монитору, сел в кресло. Незамедлительно экран посветлел, высветились буквы на темном фоне "login:".
Поискав взглядом клавиатуру Нео увидел, что она проецируется прямо на поверхность стола.
"Ладно, поиграем в эту игру", сказл не обращаясь ни к кому Нео вслух и напечатал "root"
Экран незамедлительно ответил ему одним словом.
"НЕА".
Нео поперхнулся, но ввел "Нео". Как тебе это?
Экран ответил "НЕА".
"Лааадно, сволочь, я слишком долго сюда шел чтобы страдать глупостями", ответил Нео и ввел "мистер Андерсон".
На это компьютер помедлил, а затем на экране появилась Агент Браун.
Нео застонал, Агент Браун все ее была в облике маленькой девочки. Нео предпочел бы Агента Смит.
Наигранно зевая Агент спросила, "А это вы, мистер Андерсон, ну как вам ваше путешествие?".
Агенты, конечно, не спали, но притворяться людьми некоторым из них нравилось.
— "Хреновое путешествие, спасибо что спросила", раздраженно ответил Нео, и не давая себя перебить продолжил "Скажи мне лучше вот что — вы в курсе куда этот корабль летит?"
— "Корабль? С чего ты взял что это корабль?", Удивилась агент Браун и скорчила гримасску.
— "Да вот вижу, представь себе, в рубке никого, и никакой жизни."
— "Хорошо, если ты настаиваешь я попробую узнать" и отключилась.
Ждать пришлось довольно долго. Жаль, не было часов чтобы замерить время.
Наконец виртуальная девочка снова появилась, и на этот раз она была немного озадаченной на вид.
— "Похоже ты прав, это и правда корабль. Так мне сказали...сверху. Однако связи с навигационным компьютером нет. Он не отвечает."
— "КАК?!! Матрикс не контролирует корабль??"
— "Матрикс контролирует все!", холодно ответила Браун, " но навигационный компьютер...сам по себе. Возможно он не работает."
— "Но как? Как он мог просто выключиться?", вопил Нео бегая по тесной комнатке.
— "Насколько мы знаем. Матрикс однажды перезагружался. Из-за общего сбоя или его перезагрузили вручную, никто не знает. Тогда все пошло немного..не так. Вот может быть поэтому".
— "Позволь подвести итог, мы на корабле, который летит неизвестно куда, навигации нет, половина машин не работает. Так?"
— "Абсолютно верно! Мы же не зря рекомендовали тебе, не покидать Матрикс?", Браун улыбалась во весь экран милейшей улыбкой какой могут улыбаться только дети. Нео заметил, что с одного из плеч её платьице соскользнуло вниз."Можно еще подключиться назад".
— "К черту это все и всех вас" заорал Нео и выбежал из комнаты. Выйдя в общий коридор он снова схватил фонарик и нырнул в рубку. Через пару минут, он нашел то, что искал — толстый талмуд с планировкой корабля. Палец был зажат в разделе К указателя между строками "Капсулы Спасательные" и "Капсулы Виртуальной Реальности (Матрикс).

Спасибо: Матрице, Пандоруму и Герберту Франке.

"Невыносимо отвратительная пародия на Матрицу."
Часть 5. Рубка

В третьей приятно пахло. Очень приятно. Настолько приятно, что сонный Нео чуть было не растянулся прямо на полу в комнате.Только какое-то чудо, а может быть стресс накопленный за последний день подобно тому как пружина накапливает напряжение помогли ему в последнюю минуту перед тем как провалиться в сон выползти из комнаты.
Если ан нижнем уровне комнаты были похожи, то возможно они были заперты не зря.
Людей не было нигде.
Наконец, достигнув конца уровня Нео остановился перед автоматической гермодверью из бронестекла. За дверю было что-то очень похожее на кабину лифта. Перед дверью же стоял своего рода постамент в простой тусклой пластиной посередине. Никаких кнопок, никаких лампочек, ничего. Нео пару минут рассматривал постамент, а потом не придумав ничего лучше положил на пластину ладонь. После секундной задержки дверь к лифту отъехала в сторону.
— "Вот почему Морфи послал меня, понятно", удовлетворенно подумал Нео, "с другой стороны..почему я?"
Нео вошел в кабину. На левой стороне к кабине была прикреплена панель с кнопками. Большинство из них горели красным или желтым цветом. Зеленых было всего несколько. Рядом с одной было написано "К рубке", рядом с другой — "Сидератор". Кнопка ведущая к "сидератору", что бы это ни было бы, единственная, помечена восклицательным знаком.
Нео решил, что лучше ехать в Рубку.
После нажатия кнопки лифт мягко двинулся наверх и по мере продвижения Нео видел уровни и уровни, ярусы и ярусы. Корабль был куда больше чем могло показаться канализационной крысе. Но насколько он замечал, тишина и безжизненность были повсеместны.
Наконец, Нео доехал до цели, лифт остановился и Нео вышел на новый уровень.
Перед ним предстал довольно таки короткий коридор, куда короче предыдущих, ярко освещенный и почти что не тронутый временем.
В коридоре было всего несколько дверей, все тяжелые, бронированные. Нео прошелся мимо них читая надписи, "отсек рубки", "электронный зал", "спасательные капсулы", еще один наглухо задраенный, перекрытый тяжелыми металлическими пластинами и черно-желтой лентой без названия и наконец дверь из бронестекла ведущая куда-то вниз под углом, куда-то в темноту.

Осмотревшись Нео решительно подошел к двери в рубку и нажал на панель рядом с нею. Бронедверь медленно отъехала в сторону. За дверью оказался тамбур, Нео зашел и дверь опустилась. Внутренняя дверь не открылась. Загорелся красный свет. С трудом Нео прочитал надпись в углу — "необходимости крутите рычаг открыть дверь вручную". Рычаг крутился туго, но после пары оборотов внутренняя дверь медленно, но открылась. Не став ожидаться пока она откроется полностью Нео скользнул внутрь.
В рубке, в противоположность коридору, было темно. Рубка представляла собой большой зал, на несколько уровней, целиком уставленных какими-то аппаратами, панелями и рабочими местами. На дальней стороне были расположены громадные панорамные окна через которые были видны тусклые звезды. Теперь и только теперь Нео окончательно поверил. что он на космическом корабле. Вернувшись к тамбуру Нео пошарил рукой и нащупал то, что заметил еще открывая дверь — фонарик.
Луч фонарика выхватил ряды терминалов и приборов, проходы между ними. Ни души. Нет даже следов что здесь кто-то был до него. Более того, ни один аппарат или терминал не издавал ни звука, не светился какими нибудь огоньками и вообще не подавал признаков жизни.
Подойдя к ближайшему из них Нео фонарем высветил экран и и клавиатуру. Нажав наугад пару клавиш Нео ждал какой нибудь реакции. но нет, ничего. Хорошо, следующий, следующий, дальше, дальше, нет, ничего! Наконец Нео нашел, как ему показалось, кресло капитана на возвышении посередине рубки. Взобравшись на него он поискал какие нибудь кнопки, но...как и до этого, все мертво. Спустившись с кресло Нео от досады пнул пару раз его и терминалы вокруг, но даже это ничего не изменило. Рубка мертва.

"Невыносимо отвратительная пародия на Матрицу."
Часть 4. "Интерлюдия"
— "Нет. спасибо"
— "Ну как знаешь", Трин взяла руками слизня, запрокинула голову и начала засовывать слизня в глотку целиком. Отвратительное зрелище.
— "А что там с этим "пророчеством"?", отвернувшись к другой стене спросил Нео
— "Морфеуф фифает фо ты долфен выклуфить Мафрикф", с набитым ртом ответила Трин. Со ртом набитым говном.
— "Да, но разве кораблем не управляют компьютеры?"
— "А фто фе ефе?"
— Но тогда, если Матрикс управляет компьютерами, а компьютеры — кораблем, то не будет ли уничто жать одно несколько...рискованно?
— " А какая разнифа? Офин ферт — флифни да лифайник, да радиафыя, и ууууууррргххх", Трин наконец проглотила слизня и продолжила, " и хрен его знает куда летит корабль этот и вообще что будет когда долетит. Это тюрьма, бля."
— "Ты хочешь сказать, что Морф хочет...ас всех уничтожить?", выпучил глаза Нео.
"Нет, Морф — маразматик и идиот, он верит, что убей матрикс и все будет хорошо", Трин начала вылавливать второго слизня
"А ты?", поинтересовался Нео
" А мне уже похуй", трин взяла в рот кончик второго слизня, "Что так гофно что эфак".
— "А что-то еще другое тут поесть можно?", полюбопытсоввал Нео. Как Трин может есть это?
— "Да, если поймаем саблезубую крысу", Трин откусила кусок слизня и начала размеренно жевать.
— "Саблезубую крысу? А что едит эти крысы сами?"
— "Люфей. Поклюфенных к Мафрикфу", кусок слизня стал у Трин в глотке колом, "Но их мало офталофь на эфом урофне. Жрать некофо".
Нео отвернулся. Дальнейшая трапеза прошла в молчании и отрыжке Трин.
Набив живот Трин подобрела несмотря на отвратительность своей пищи, Собрав вареных слизней в банку Нео и Трин двинулись назад, в коллектор.
Морфейус спал в углу свернувшись калачиком. Трин начала раздеваться, и Нео с отвращением отвернулся. Возможно когда-то Трин была симпатично, но...нет. Уж лучше Агент Смит.
Нео привалился к стене и прикрыл было глаза, когда его хлопнула по спине Трин,
— "На, вот тебе чтоб потеплее", и протянула моток грязно белой тряпки.
— "Что это?"
— "Стекловата.", Трин улыбнулась во весь рот.
Не поняв юмора Нео сказал "Спасибо", на что Трин улыбнулась еще шире.
Проснулся Нео от зуда, чесалось все, причем даже изнутри. Чесалась каждая клеточка. Осмотревшись, Нео не обнаружил ни Тринити ни Морфи. В коллекторе он был один. Хотя нет, рядом с ним был листок бумаги, где каракулями было что-то написано про пророчество, цель..и нарисован грубый план. По алану петлял проложенный пунктиром путь, путь лежал через несколько этажей и пролетов и заканчивался надписью "В рубку".
"Рубка...ну да. все ответы в рубке, но почему сами они не пошли?", размышлял Нео выбираясь в коридор.
Он подспудно ждал, что в коридоре его кто-то ждет, но...никого. Эх.
Пройдя пару коридоров Нео остановился перед шлюзом, одним из тех что что Трин назвала недоступными. По карте — дальше сюда. Нео нажал плечом, ухватился за запорный механизм, нажал, нажал еще и со скрипом механизм поддался. Дверь распахнулась. За дверю оказалось сухо, хотя так же сумрачно. Пластик на стенах десь не успел истлеть до такой степени как в том отсеке, хотя следов ухода тоже не наблюдалось. Пройдя такой пару отсеков Нео надеялся кого-то встретить..путь даже не человека, но всюду царила тишина, абсолютная тишина.
Корабль спит? Или корабль мертв? Нет, ни к чему такие мысли. Нео зашагал дальше. Хотелось пить, даже больше чем есть, но трин не оставила ничего съестного, а сам Нео не решился бы пробовать что-то.
Пройдя чуть дальше Нео обнаружил, что тут двери заперты далеко не все. В одной из комнат он обнаружил ящики. В ящиках были кости. Человеческие кости. Некоторые из них были обглоданы и несли следы зубов. Нео пулей вылетел из комнату опрокинув стопку ящиков и засыпав костями весь пол.
В другой комнате был стол и терминал. Перед терминалом стояло кресло, по форме — как раз для человека. Экран терминала был разбит вдребезги.